Что такое теоретическое классовое сознание пролетариата



    Главная страница
    О нашей организации
    Информационный центр
     Партийные новости
     Online-конференции
     Региональные организации
     Новости страны
     Видео-новости
     Пресс-релизы, официальные документы
     Интервью, выступления
     Статьи
       Мы и они. Статьи членов КПРФ и о КПРФ
       PR вместо политики. Статьи о выборах и судьбе российской демократии
       Экономика абсурда. Статьи об состоянии российской экономики
       Цена свободы слова. Статьи о положении СМИ
       Либеральный фашизм. Статьи о беззаконии власти
       По кодексу бесчестия. Статьи на криминальные темы
       Последний рубеж. Статьи о российской армии
       За державу обидно. Статьи о внешней политике России
       Откуда исходит угроза миру. Статьи о международных делах и проблемах глобализации
       Культурная революция. Статьи о культуре, религии и вопросах национальной политики
     Аналитика
     Акции
     Выборы
    Акции протеста
    Агитатору (скачай и распечатай)
    Персоналии МОК
    Наша история
    Наши ссылки
    Политпросвещение
    Новые левые
    Народные новости




Рассылка материалов МОК



 
Правда.Инфо
 

 




















Разработка NZVD




PR вместо политики. Статьи о выборах и судьбе российской демократии


Понять Среднюю Азию. Часть первая: Узбекистан


12.09.2014
Геннадий Двойной, "Спиноза"

 

В странах Средней Азии разворачивается новый виток того передела мира, который привел к присоединению Крыма к России и войне в Украине. Поэтому политическая и экономическая ситуация в этом регионе становится своеобразным флюгером, по которому можно судить о ветре перемен в глобальном геополитическом противостоянии. Средняя Азия входит, с одной стороны, в зону интересов Китая и США, а с другой – России, причем не только как союзника Китая по БРИКС, но и как конкурента. И от разворачивания борьбы за Среднюю Азию зависит как перспектива построения «Экономического пояса Шелкового пути», то есть успех Китая в борьбе с США за рынки, так и то, в какой мере Россия будет в состоянии ставить какие-то свои условия, подчиняясь общей политике Китая. Иначе о России как о самостоятельном субъекте вообще говорить не придется. Глобальный конфликт интересов накладывается на региональную специфику, определяющуюся борьбой местных элит за свои экономические и политические привилегии.

С Казахстаном, как с членом Таможенного союза, все более или менее определено, даже несмотря на его заявления о готовности выйти из ТС в случае, если условия его пребывания не будут соблюдаться в необходимом объеме (ведь ясно, что максимальным и весьма призрачным последствием может быть пересмотр условий членства). Но стоит иметь в виду, что не все определено с Россией. В РФ начала разворачиваться кампания против Путина, связанная с тем, что он «много на себя берет» и претендует на слишком большую субъектность России. Им могут быть недовольны не только (само собой) Штаты, но и Китай, а также завязанная на них часть российской олигархии. Предпочтительны более сговорчивые, предсказуемые и, по возможности, управляемые элиты в России. Так что Путину недвусмысленно укажут на то, что ему или придется считаться со своими реальными возможностями, учитывая масштабы и мощь российской экономики, или освободить место. И это уже происходит. Что может получиться, и получится из этого ли что-то вообще, — уже второй вопрос. В любом случае Россия имеет свои собственные геополитические интересы, которые так или иначе будет вынуждена отстаивать, в том числе, и в Среднеазиатском регионе.

Тем более, что даже о Туркменистане, например, не получится говорить так же однозначно, как о Казахстане. Он постоянно укрепляет свои двусторонние отношения с США, Индией, а также с Китаем, который является крупнейшим импортером туркменского газа. Не все определено и с Кыргызстаном, хотя он и собирается в Таможенный союз. В прошлом месяце на встрече правительственных делегаций Кыргызстана и Казахстана в Чолпон-Ате поднимался вопрос о выделении Казахстаном гранта в 100 млн. долларов на реализацию «Дорожной карты» вступления Кыргызстана в Таможенный союз.  Роль Узбекистана тоже может быть неоднозначной, а события в стране поменять ситуацию и соотношение сил.

Этот материал открывает серию обзорных статей по странам Средней Азии, и начнем мы с Узбекистана.

Недавнее возобновление территориального конфликта между Узбекистаном и Кыргызстаном отнюдь не случайно. Также важной новостью последнего времени об Узбекистане стало подписание 6 августа давно готовящегося «Соглашения по созданию транспортного коридора Узбекистан–Туркменистан–Иран–Оман» и сообщение о планах США разместить на территории страны свою военную базу, которое, впрочем, поспешили опровергнуть. Но сначала давайте посмотрим на общие социально-экономические показатели страны, на основные тенденции в производстве, торговле, в области инвестиций, а так же на отношения с соседями и со всеми заинтересованными сторонами.

Итак, по данным Государственного комитета по статистике республики Узбекистан население страны с каждым годом увеличивается и сейчас составляет чуть более 30 миллионов. Главным «богатством» страны является очень дешевая рабочая сила. И это богатство активно осваивают крупные иностранные компании, что способствует увеличению прямых инвестиций, росту выпуска промышленной продукции и т.д. В январе-марте 2014 года по сравнению с аналогичным периодом 2013 ВВП страны вырос на 7,5%, производство промышленной продукции – на 8,9%, продукции сельского хозяйства — на 6,2%, инвестиции в основной капитал увеличились на 10,1%. Ведутся споры о том, насколько можно доверять узбекской статистике, однако эти данные все же следует принять во внимание, тем более, что от данных других источников они отличаются не очень сильно. В общем и целом подтверждают их и разрозненные данные о развитии транспортной, добывающей, энергетической и других отраслей, сообщения о вводе в эксплуатацию новых предприятий. Предприятия и рабочие места создаются в самых разных отраслях, так что такая статья «экспорта» Узбекистана как дешевая рабочая сила в ближайшее время может существенно сократиться.

Экспорт и импорт

По данным на 2011 года Узбекистан главным образом импортировал товары из России, Южной Кореи, Китая, Германии и Казахстана, экспортируя в Россию, Турцию, Китай, Казахстан и Бангладеш. Однако картина с тех пор изменилась и интенсивно меняется. По итогам 2013 года внешний товарооборот Узбекистана составил $28,86 млрд., из которых $15,087 млрд. — экспорт и $13,798 млрд. – импорт. В Узбекистане на экспорт производят золото, хлопок, газ, медь, минеральные удобрения, металлы, автомобили, продукты пищевой и текстильной промышленности. Со структурой импорта и экспорта можно ознакомиться на сайте Министерства внешних экономических связей, инвестиций и торговли

Что касается импорта, следует обратить внимание на тот факт, что в страну постоянно ввозится промышленное оборудование и машины, составляющие более 40 процентов импорта. Что вполне соотносится с увеличением инвестиций и развитием промышленности Узбекистана.

В структуре экспорта на сегодняшний день наибольшая доля (около 32 %) приходится на энергоносители и нефтепродукты. Сюда же относится природный газ. Узбекистан имеет значительные разведанные запасы нефти и природного газа. Государственный газодобывающий гигант — компания «Узбекнефтегаз» — занимает 11 место в мире по добыче. . По некоторым данным ежегодная добыча газа составляет 60-70 млрд. м³. Правда точной цифры у нас нет, и есть сообщения о том, что уровень добычи немного скромнее (для сравнения в 2013 году соседний Туркменистан, экономика которого во многом держится на газе, добыл 78 млрд.м³), По данным, предоставленным казахстанским представителем Ассоциации приграничного сотрудничества (АПС) Маратом Шибутовым, из общего объема газа, который сейчас добывается в Узбекистане, около 20 % идет на электроэнергетику, 24 % идет населению, на собственные нужды нефтегазовой промышленности — 19 процентов, еще 11 процентов уходят на нужды промышленности. Таким образом, экспорт составляет всего 20 % от общего количества добываемого газа, но у Узбекистана имеются планы увеличить экспорт газа за счет снижения внутреннего потребления, в частности, за счет постройки и ввода в эксплуатацию атомной электростанции на территории республики.

В Узбекистане работает 45 электростанций общей мощностью более 12,4 тысячи МВт. 83,8 процента электроэнергии в Узбекистане производят тепловые электростанции, из которых около 75 процентов работают на газе. Установленная мощность электростанций Узбекистана составляет порядка 50 % генерирующих мощностей всей Объединённой энергосистемы Центральной Азии. Однако установочная мощность и количество производимой электроэнергии — это далеко не одно и то же. Произведенная электроэнергия, в основном, используется внутри страны. Снижение внутреннего потребления газа в случае реализации проекта построения атомной электростанции позволит отдавать часть большую газа на экспорт.

Отношения с соседями и РФ

Узбекистан тесно связан с Туркменистаном. 31 июля в Ташкенте состоялось 10-е заседание Совместной узбекско-туркменской комиссии по торгово-экономическому, научно-техническому и культурному сотрудничеству. Обсуждалось расширение прямых поставок на туркменский рынок продукции узбекского машиностроения, электротехнической, химической отраслей промышленности, легковых и грузовых автомобилей, автобусов, минеральных удобрений, фармацевтической продукции. Узбекская сторона заинтересована в поставках из Туркменистана нефтехимической продукции, газового конденсата и ряда других товаров. На правительственном уровне речь даже шла о том, что согласованный перечень товаров создает режим свободной торговли между двумя странами. Кроме того, Туркменистан инвестирует в узбекскую экономику. На территории Узбекистана работают 7 крупных предприятий с участием туркменского капитала, в том числе 1 полностью принадлежит Туркменистану. Конечно, это совсем мало, но все же имеет место.

Главное направление узбекско-туркменского экономического сотрудничества — сфера транспорта и транзита. Объемы перевозок грузов и транзит в последнее время сильно увеличиваются. По территории Узбекистана туркменский газ поставляется в Китай. В свою очередь, Туркменистан предоставляет преференции на транзит основных внешнеторговых грузов Узбекистана по своей территории.

Для экономики региона важнейшее значение имеет газопровод «Центральная Азия – Китай» или «Туркменистан-Узбекистан-Казахстан-Китай».   Его строительство началось в 2007 году, а в декабре 2009 состоялась официальная церемония открытия. В июне этого года Китайская национальная нефтегазовая корпорация (CNPC) сообщила о том, что третья ветка газопровода сдана в эксплуатацию. По ней уже осуществляется транзит туркменского газа. По данным китайской компании по третьей ветке газопровода общей протяженностью 1830 км и  пропускной способностью 25 млрд кубометров газа в год в Китай будут поступать из Туркменистана и Узбекистана по 10 млрд кубометров газа, из Казахстана — 5 млрд кубометров газа. Планируется, что к концу 2015 года ветка будет работать по максимуму. Общая мощность газопровода «Центральная Азия-Китай» увеличится до 55 млрд м3 в год с учетом работ по веткам А и В. А в этом году будут строить четвертую линию.

Строительство узбекского участка третьей линии газопровода началось в декабре 2011 года. Его общая протяженность составляет 529 километров и стоимость 2,2 млрд. долларов. Активно развивающаяся экономика Китая постоянно наращивает потребление энергоресурсов. Туркменистан поставляет в КНР 30 млрд кубометров природного газа ежегодно, а поставки узбекского газа в КНР, начавшиеся в августе 2012 года планируется довести до 10 миллиардов против 6 миллиардов кубометров природного газа по итогам 2013 года.

К связям с Китаем мы еще вернемся. Пока же речь идет о сотрудничестве с Туркменистаном, которое также активно развивается в рамках создания транспортного коридора Узбекистан–Туркменистан–Иран–Оман. Он будет связывать страны Центральной Азии с иранскими портами в Персидском и Оманском заливах. Часть его пройдет по железным дорогам Узбекистана, Туркменистана и Ирана, другая часть – по морю, от иранских портов Бендер-Аббас и Чахбахар до портов Омана. Благодаря развитию железнодорожного транспорта и других мероприятий в рамках договора собираются увеличить перевозки грузов по железным дорогам Узбекистана, Туркменистана и Ирана с 1,6 до 3 млн. т. в год. Ощутимая часть экспорта Узбекистана, особенно в некоторых отраслях, идет на мировые рынки через Иран. Если учитывать очень дешевую рабочую силу и связанные с этим крупные инвестиции в экономику Узбекистана, такой коридор весьма выгоден для более крупных игроков на мировом рынке, активно осваивающих Узбекистан.

Что касается других соседей, то тут речь уже шла о Казахстане, по территории которого проходит часть магистрального газопровода. Кроме того, по официальным статистическим данным Республики Казахстан товарооборот между Казахстаном и Узбекистаном в 2012 году составил 2,16 млрд. долларов. Импорт из Казахстана – 1,3 млрд., импорт – 817 млн. (на 10,8% больше по сравнению с 2011). В первом полугодии 2013 товарооборот вырос на 25% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года и составил 1,6 млрд долларов. Нурсултан Назарбаев озвучивал планы до 2015-2016 увеличить товарооборот с Узбекистаном вдвое. Но более свежих данных, чем за 2013 год, к сожалению, у нас нет. В структуре импорта из Казахстана в Узбекистан большую долю составляет нефть и продукты переработки, продукция мукомольно-крупяной промышленности, зерновые, черные, цветные металлы, неорганическая химия. В Казахстан экспортируют энергоносители, хлопковое волокно, химию, пластмассы, удобрения, овощи. В Узбекистане по официальным казахским данным за 2013 год работает 178 предприятий с участием казахстанского капитала, в том числе 143 совместных предприятий и 35 предприятий со 100% казахстанским капиталом.

Но тесное сотрудничество не стремятся сделать слишком тесным. Узбекистан, точно так же как и Туркменистан, не спешит вступать в Таможенный союз, членом которого является Казахстан и настороженно относится к перспективам дальнейшего развития на его базе Евразийского экономического союза. Напомним, что 29 мая в Астане руководители России, Казахстана и Беларуси договорились о его создании на базе ТС. Ислам Каримов выступил с критикой, в которой главным аргументом было то, что это может привести к потере странами-участницами политической независимости: «Они говорят, что создают лишь экономический рынок и ни в коей мере не откажутся от суверенитета и независимости. Скажите мне, разве может быть политическая независимость без экономической независимости?». Каримов не раз делал подобные заявления. И здесь он явно разбирается в вопросе, так что отношения с Астаной во многом зависят от отношений с Москвой. А узбекские элиты находятся с последней в довольно сложных и противоречивых отношениях как экономически, так и политически. В связи с этим показателен, например, факт выхода Ташкента в 2012 году из возглавляемого Россией военного блока Организации Договора о коллективной безопасности.

Однако экономические связи с РФ довольно сильны. По данным, озвученным послом Узбекистана в России Зиядуллой Пулатходжаевым, товарооборот между двумя странами по итогам 2013 года вырос на 9,4% (до $8,34 млрд. ) по сравнению с 2012 годом. В 2012 году он вырос до $7,63 млрд – на 12,6% по сравнению с предыдущим. Также Россия активно инвестирует в Узбекскую экономику. Более $600 млн. российских инвестиций направлены в Узбекистан для реализации различных проектов. В основном, это вложения в теплоэнергетический комплекс и телекоммуникации, но не только.

По состоянию на 2012 год в Узбекистане работали более 850 предприятий с участием российского капитала. В РФ существует более 450 предприятий с участием узбекского капитала. Общая сумма российских инвестиций в экономику Узбекистана с 2007 по 2012 год составила более 6 млрд. долларов США. Крупными иностранным инвестором в Узбекскую экономику являются ЛУКОЙЛ и Газпром. В частности, они инвестируют в крупные современные газовые промыслы Хаузак-Шады в пустыне Кызылкум и Джаркудук в Гиссарском районе. Газпром так же закупает узбекский газ, ведет геологоразведку и добычу углеводородов. Среди крупных российских инвесторов — компании «Вымпелком» (телекоммуникации), «Евроцемент Групп» (производство строительных материалов), а также целый ряд других компаний, конкурирующих в Узбекистане главным образом с китайцами и японцами.

Отношения с Кыргызстаном и Таджикистаном остаются неопределенными, во-первых, в связи с тем, что Кыргызстан собрался в Таможенный Союз, а также из-за нерешенных территориальных и транспортных проблем. Огромное значение приобретают проекты, связанные с развитием транспорта, в частности, железных дорог. Что касается последних, то тут очень многое связано с интересами Китая и Соединенных Штатов и противостоянием интеграционных экономическими моделей, а также финансовыми потоками, возможностями и потенциальными выгодами прямого инвестирования.

Не стоит забывать, что нынешняя то затухающая, то возрастающая напряженность между Кыргызстаном и Узбекистаном – это те местные проблемы, на которых в любой момент могут (а если могут, — значит, будут) играть главные игроки мирового противостояния. Тем не менее, Узбекистан имеет для Бишкека большое значение в плане сообщения в западном направлении. С этой стороны Узбекистан незаменим и для маленького Таджикистана.

Конфликтным моментом в отношениях Узбекистана и Таджикистана является строительство Рогунской ГЭС на реке Вахш. Конфликт интересов вокруг этого крупного инфраструктурного проекта не прекращался, фактически, с самого его начала. Строительство ГЭС часто становится рычагом экономического давления. Самым ярким эпизодом стало удержание Узбекистаном на своей границе свыше 2 тыс. железнодорожных вагонов с грузами (топливо, пшеница, удобрения, лекарственные средства, техника, оборудование и другое), предназначенными для Таджикистана, в 2010-2011гг.

Таджикистан, построив ГЭС, рассчитывает, во-первых, стать энергонезависимым государством, а во-вторых, если проект будет реализован в полном объеме, поставлять электроэнергию на экспорт. Для этого высота плотины должна составить 335м – но в этом случае необходимо согласие соседних государств. Узбекистан же выступает резко негативно, не оставляя возможности для компромиссов. Кстати, именно Узбекистан, по сути, поставил Таджикистан перед жесткой и срочной необходимостью строительства. После выхода Узбекистана в одностороннем порядке из единого энергетического кольца Центральной Азии Таджикистан перестал получать электроэнергию из Туркмении, шедшую через узбекские электросети, и его положение сильно ухудшилось.

В строительстве ГЭС также заинтересованы крупные компании – например, «Русский алюминий» («Русал»).

Узбекистан же мотивирует свою позицию, прежде всего, вероятными катастрофическими последствиями для региона в случае возможной аварии на этом объекте. Рогунская ГЭС находится в зоне высокой сейсмичности на линии тектонического разлома, где неоднократно происходили землетрясения. Под основанием плотины располагается Ионахшский тектонический разлом сейсмической опасностью 9 баллов, заполненный каменной солью. Не меньше Узбекистан в официальных заявлениях беспокоит то, что любые изменения объемов и режимов использования стоков рек в регионе в результате строительства ГЭС могут привести к продовольственной и экологической катастрофе. У Ташкента есть и еще одно опасение. Оно заключается в том, что, регулируя сброс воды на Рогунской ГЭС, Душанбе сможет ограничивать объем потребляемой Узбекистаном воды, что очень важно, в том числе, и для орошения хлопковых полей, и Таджикистан тем самым сможет диктовать свои условия в различных спорах. Однако есть еще одна причина, которая делает Узбекистан противником строительства. Дело в том, что, как мы уже говорили, энергетика для Узбекистана является важнейшим источником дохода.

В целом, вокруг строительства ГЭС уже многие годы идет ожесточенная борьба, по сути, — за влияние в регионе. Вокруг проекта схлестнулись множество интересов, и его судьба зависит от того, какое место все же займет Узбекистан в мировых экономических раскладах, и наоборот.

Инвестиции в экономику Узбекистана

Оставим пока в стороне собственно политику и вернемся к экономике, которая, в конечном счете, ее определяет. Важнейшим показателем, свидетельствующем не просто о текущем состоянии, а о тенденциях, являются иностранные инвестиции. В этом плане Узбекистан за последнее время очень изменился. И хотя Каримов и связанные с ним лица стараются все контролировать, в стране созданы хорошие условия для привлечения иностранного капитала. Это в основном японские, китайские и южнокорейские инвестиции, а так же российские, о которых речь шла выше.

На территории Узбекистане созданы 3  особые экономические зоны: Свободная индустриально-экономическая зона в г. Навои, Специальная индустриальная зона в г. Ангрен и Специальная индустриальная зона  в г. Джизак. Ежегодно разрабатываются и утверждаются программы привлечения инвестиций. По даннымМинэкономразвития РФ, в 2013 г. прямые иностранные инвестиции в Узбекистане составили свыше 2,2 млрд. долл. Хотя данные на этот счет имеются разные, все они свидетельствуют о значительном увеличении потока инвестиций и расширении влияния на экономику страны иностранных компаний.

6 августа в Ташкенте Ислам Каримов встречался с министром экономики Японии Тошимицу Мотэги. В составе делегации были также представители крупных Японских компаний: «Иточу», «Мицубиси», «Марубени», «ДЖОГМЕК», «НЭК». А они приехали делать дела, а не просто в гости. В рамках визита состоялся бизнес-форум. Речь шла о расширении связей в различных отраслях, в частности, в энергетической, нефтегазовой, добывающей, химической и электротехнической, автомобилестроении, сфере телекоммуникаций.

Товарооборот между Узбекистаном и Японией не просто ниже, чем с Россией, а не идет с ним ни в какое сравнение. По итогам 2013 года он составил всего $215 млн. долл. Тем не менее, общий объем финансово-технического вложений Японии в узбекскую экономику уже составляет более $2 миллиардов. А этот показатель гораздо больше свидетельствует о заинтересованности Японии в Узбекистане, чем прямой товарооборот. То же самое можно сказать и о США. По итогами 2013 года товарооборот Между США и Узбекистаном составил $348 млн, з них импорт американских товаров в Узбекистан составил $ 321 млн, экспорт товаров из Узбекистана в США — всего $27 млн. И хотя экспорт американских товаров и вырос по сравнению с аналогичным показателем 2012 года на целых 12,8%, все же общий объем сравнительно очень мал. Но прямые инвестиции США в экономику Узбекистана в 2012 году составили 71 млн долларов (в 2011 году 63 млн долларов), что не так уж и много, но все же существенно.

Крупнейшим инвестором в Узбекскую экономику является Китай, который инвестирует строительство инфраструктурных объектов, строительство газопровода, а так же вкладывает в газодобывающую и другие отрасли промышленности. Председатель Китая Си Цзиньпин 19 августа встречался с президентом Узбекистана Исламом Каримовым. На этой встрече Си Цзиньпин подчеркнул, что сторонам необходимо непрерывно расширять масштаб торговли и инвестиций, усиливать сотрудничество в сфере энергетики, финансов, сельского хозяйства и строительства транспортной инфраструктуры. В частности речь шла о ветки D газопровода Китай — Центральная Азия, продвижении проекта железной дороги Китай — Кыргызстан – Узбекистан и расширении китайских предприятий на территории Узбекистана. Си Цзиньпин подчеркнул важность совместного строительства экономического пояса Шелкового пути. В свою очередь Каримов поспешил выразить намерение активно участвовать в важных китайских инициативах по созданию экономического пояса Шелкового пути и Азиатского банка инфраструктурных инвестиций. Эти намерения как минимум свидетельствуют о том, что для Китая пока приемлем балансирующий меж разных огней Каримов у власти, а так же о том, что Китай и дальше будет вкладывать в Узбекистан. Условия для этого вполне приемлемые. Дело в том, что рабочая сила аналогичной квалификации в Китае часто оказывается дороже, чем в Узбекистане.

Свои интересы в стране отстаивает также Южная Коррея. 17 июля президент Республики Корея Пак Кын Хэ в прибыл с визитом в Ташкент. В рамках визита состоялся Узбекско-Южнокорейский бизнес-форум, в котором участвовало около 300 представителей крупных компаний Южной Кореи. Были подписаны соглашения о сотрудничестве в различных сферах, в частности в машиностроении, горнодобывающей, нефтегазовой, текстильной, химической промышленности. На данный момент в Узбекистане работают 412 предприятий с участием южнокорейского капитала. Объем взаимного товарооборота между Узбекистаном и Южной Кореей составил более $ 2,1 млрд США, что намного больше, чем между Узбекистаном и Японией, а так же Узбекистаном и США вместе взятыми.

Американские базы

Одним из наиболее резонансных политических событий последнего времени в Узбекистане стал визит командующего Центральным командованием Вооруженных сил США генерала Ллойда Джея Остина. Узбекские СМИ ограничились скупыми сводками, но главный вопрос, который не дает покоя многим аналитикам – будет ли открыта на территории страны американская военная база. Не исключено, что именно этот вопрос стал ключевым в повестке встречи, вплоть до того, что некоторые ресурсы распространили слух, что американский генерал привез с собой заманчивое финансовое предложение в размере 1 миллиарда долларов ежегодной арендной платы. Не будем гадать, правда это или нет, однако вопрос об американском базировании стоит действительно довольно остро, тем более, что Кыргызстан уже разместил перевалочную базу американцев в аэропорту «Манас».

Пока что можно лишь говорить о том, что если между сторонами будет достигнута договоренность, военная база разместится в городе Термез, который от территории Афганистана отделяет лишь река Амударья. Часть инфраструктуры в Термезе, скорее всего, сохранилась еще с советских времен, когда здесь располагалась крупнейшая учебка советских войск перед отправкой их в Афганистан. Неудивительно, что такая база может стать одним из ключевых факторов для установления и поддержания контроля в Центральноазиатском регионе и при условии размещения военного контингента и техники (включая авиацию) стать опорным пунктом США, выполняя задачи военного и разведывательного характера.

Против размещения американской военной базы в Термезе категорически выступает Германия, чьи военные пребывают в этом городе начиная с 2001 года. Стоит напомнить, что с того же 2001 года там находились и американские войска – они «содействовали проведению антитеррористической операции» в Афганистане. Тогда США использовали бывшую советскую авиабазу «Карши-Ханабад». На ней располагалось около тысячи солдат, базировались транспортные самолеты типа С-17 и С-130 и авиационная ударная группировка, состоявшая из самолетов F-15 и F-16. Летом 2005 года военные США покинули базу по решению узбекского правительства, заявившего, что соглашение о предоставлении базы «практически исчерпало себя», поскольку, по заявлениям официальных лиц США, «активная фаза военных действий в Афганистане завершилась еще в 2002 году». Фактически же это было связано с позицией США по событиям в Андижане и требованием провести международное расследование. Госдепартамент США раскритиковал правительство Ислама Каримова, обвинив его в том, что войска открыли огонь по мирным гражданам. Каримов обвинил в беспорядках исламских экстремистов и потребовал, чтобы войска США покинули Ханабад до конца года. Такая рокировка не то, чтобы сильно пошатнула позиции США в регионе, но все же сильно сузила пространство для маневра. Также в июле 2014 года закрылась единственная в Центральной Азии американская база, которая в 2001-м начала работать как военная, но в 2009-м была переформатирована в Центр транзитных перевозок. Учитывая активизацию борьбы на «евразийском фронте», США крайне нужен здесь военный и транспортный узел, и Узбекистан, в этом смысле, — одна из наиболее приемлемых кандидатур как географически, так и политически. Несмотря на то, что он в свое время был достаточно близок к России, а официальный Ташкент даже присоединился к Организации Договора коллективной безопасности государств СНГ, впоследствии Узбекистан вышел из ОДКБ, задекларировав свой «особенный путь» в вопросе обеспечения безопасности в регионе. Большинство постсоветских соседей, за исключением Туркменистана, продолжают состоять в ОДКБ.

Не стоит сбрасывать со счетов и собственные вооруженные силы Узбекистана, которые, в случае чего, также могут сильно повлиять на расклад сил в регионе. В недавнем докладе под названием «Индекс военной мощи государств мира», который подготовило американское рейтинговое агентство «Global Firepower», вооруженные силы Узбекистана заняли 48-ое место. Они признаны самыми дееспособными и мощными в Центральной Азии. Этому, в том числе, способствуют и США, предоставляя в рамках совместных проектов оборудование, средства индивидуальной защиты, программное обеспечение для силовиков.

Также недавно стало известно о решении Белого дома отправить в качестве американского посла в Узбекистан Памелу Спартлен. До этого она работала в Кыргызстане. Есть предположение, что основной задачей нового посла может стать «обеспечение “афганского транзита” в связи с выводом войск США из Афганистана через территорию Узбекистана, а также налаживание взаимодействия с Ташкентом в вопросе сотрудничества, направленного на стабилизацию афганской ситуации или, по крайней мере, “нерасползание” ее далее». Такое мнение высказал руководитель аналитического центра МГИМО Андрей Казанцев. И к этой точке зрения следует отнестись внимательно. Также многие эксперты говорят о том, что немаловажной целью Спартлен станет лоббирование американской позиции в отношении украинского кризиса.

Наркотраффик

Еще один фактор, который мы должны учитывать при анализе ситуации в странах Центральной Азии – это то, что на них плотно завязан афганский и пакистанский наркотраффик. Афганистан – практически монополист опиумного производства: на него приходится около 90% рынка опиатов, естественно, нуждающихся в транспортировке, и Узбекистан, Таджикистан, Кыргызстан играют в регионе ту роль, которую в Латинской Америке вынуждены играть такие страны, как Гватемала и Сальвадор. Как справедливо указывают некоторые эксперты, наркоторговля настолько плотно сопряжена с государственным аппаратом некоторых из центральноазиатских стран, что разрушение первой может означать крушение последнего.

По приблизительным оценкам, через страны Центральной Азии проходит около четверти всех афганских опиатов, около 95 тонн героина и 35 тонн опиума. Границы между Афганистаном и центральноазиатскими республиками пролегают по гористой местности, населенной и тяжело поддаются защите, поэтому наркотраффик по т.н. «северному пути» Афганистан-Таджикистан-Узбекистан-Казахстан-Россия (и далее) не встречает непреодолимых препятствий. В обратную сторону транспортируются прекурсоры. Проблема же состоит в том, что отказаться от наркотраффика не так-то и просто: он затрагивает сопричастные секторы экономики, его обслуживающие, включая транспорт и грузоперевозки, химическую промышленность, финансовый сектор, продажу топлива, государственный сектор.

Часть афганского наркотраффика связывают с террористической организацией, Исламским движением Узбекистана: и раньше на него были завязаны многие каналы транспортировки наркотиков, а в этом году оно снова активизировало свою деятельность в Афганистане – и, похоже, неслучайно.

Борьба за дивиденды с транспортировки наркотиков через территорию Узбекистана становится важным фактором в клановой борьбе за экономическое влияние власть внутри страны, и, опять же, большое значение играет тот факт, что она плотно завязана на государственные структуры – прежде всего, СНБ (службу национальной безопасности). Люди, которых так или иначе связывают с узбекским наркотраффиком, числятся среди 300 самых богатых семейств Швейцарии. И нет никаких оснований считать, что там не захотят оказаться другие, а значит передел рынков (неважно, в форме узбекского «наркомайдана» или любой иной) непременно состоится.

Немного о политике

Политические элиты современного Узбекистана, по сути, балансируют на противостоянии между разными группировками мирового капитала и это дает возможность сохранять какую-то самостоятельность. Влияние Китая в регионе постоянно растет, и узбекский капитал, не оставшись в стороне, от этого, пока чувствует прямые выгоды. К тому же в стране в более-менее скрытом состоянии протекает межклановая конкуренция завязанная на конкуренцию глобальную, а для экономического господства политическая сторона дела, как известно, имеет немаловажное значение. Амбиции подпитываются и финансируются из вне. В идеологическом поле, в частности, это касается развития пантюркизма. В свое время американскую базу выдворили из страны из-за причастности США к неудавшемуся государственному перевороту. И этот механизм, в принципе, давно проверенный, хотя и не всегда срабатывающий так, как нужно совсем скоро может быть опять применен к Узбекистану, если власть не сможет достаточно умно лавировать между субъектами мирового противостояния, «взаимовыгодно» сотрудничая в разных сферах. Пока еще старый Каримов фактически соблюдает определенный баланс, который и позволяет ему и его окружению держаться на плаву в столь неспокойных условиях. Однако этот баланс весьма шаток.

Украинский вопрос

Достаточно показательным стало отношение Узбекистана к ситуации в Украине. Зимние события в Украине не затрагивали интересов Узбекистана непосредственно. Официальный Ташкент хранил молчание вплоть до крымских событий.

Реакция на присоединение Крыма к России выделила Узбекистан среди других стран постсоветской Центральной Азии. Ташкент твердо обозначил свое неприятие и непризнание Крыма в составе РФ. Но он сделал это весьма деликатно, что позволило, с одной стороны, продемонстрировать свою общность с подавляющим большинством «мирового сообщества», а с другой – не вступать в конфликт с Москвой. В заявлении Министерства иностранных дел, выражающем отношение к происходящему в Крыму, наряду с призывами к отказу «от применения силовых вариантов и использованию политических средств и усилий для решения возникших проблем мирными средствами», содержится тезис о «реальных угрозах суверенитету и территориальной целостности страны (Украины – авт.)», которые «не могут не вызвать глубокой тревоги и озабоченности в Узбекистане». Узбекский МИД в своих заявлениях настойчиво напоминал о «территориальной неприкосновенности и политической независимости любого государства».

В Ташкенте сочли необходимым именно в данной ситуации еще раз подчеркнуть свою независимость от российской политики, в частности, неучастие в «евразийской интеграции». Одновременно имел место ряд демонстративных жестов в сторону сотрудничества с США и НАТО. На этом основании одни эксперты говорили о развитии «многовекторности» во внешней политике Узбекистана, а другие утверждали, что Ташкент после украинского «перелома» в международных отношениях непременно превратится в «главное орудие США в регионе». И если исходить из логики разворачивающегося мирового геополитического противостояния, то говорить о «многовекторности» не получится. В конечном счете, попав в сферу влияния одной из противоборствующих сторон (а главные стороны здесь – это США и Китай), внутренняя и внешняя политика страны будет идти в русле ее интересов.

С другой стороны, власти Узбекистана демонстративно «задержались» с отправкой поздравления Петру Порошенко по случаю его избрания президентом Украины. Однако это был скорее знак непризнания того, каким способом пришла новая власть, чем негативного отношения к украинской власти в целом. Ташкент продемонстрировал полную готовность сотрудничать с Киевом не только политически, но главное – экономически (в особенности это касается такой критически важной для Украины отрасли, как сельское хозяйство).

Хотя формат обзорной статьи позволяет только отметить какие-то узловые моменты, тем не менее из вышеизложенного видно, как стремительно меняется ситуация в Средней Азии, и в частности в Узбекистане, в каком направлении развивается экономика. И так, внешне относительно стабильный и активно развивающийся Узбекистан, все больше уходящий в зону влияния Китая, может в ближайшее время оказаться на линии разлома по мере развития общего противостояния в регионе. И тогда спокойно в стране уже не будет. Однако более четко эту линию можно будет провести только рассматривая, как минимум, ситуацию в регионе в целом.

В следующий раз мы постараемся пристальнее взглянуть на Казахстан.

Продолжение следует

 



 
Жизнь страны глазами СМИ:
Путин вернул Россию в 90-е (31.05.2020)   |   "Сражались олени и люди..." (09.05.2020)   |   Как я пробирался в Москву, не встречая карантинного сопротивления (14.04.2020)   |   Новочеркасск-1962: мифы, причины, последствия (02.03.2020)   |   Д.Чёрный: Работа писателя исключает работу на государство, особенно на государство буржуазное (29.02.2020)   |  


 



Голосование

Партийные новости

 
06.06.2020
 
Заявление Объединенной Коммунистической Партии по поводу восстания в США
 
31.05.2020
 
Коммунисты Пензы упаковали памятник белочехам в чёрный трупно-мусорный мешок
 
29.05.2020
 
Заявление Президиума Центрального Комитета Объединённой коммунистической партии
 
27.05.2020
 
Дискуссия "Красная волна или саундтрек для вырождения?" (анонс)
 
23.05.2020
 
Мегафоны двадцати турецких мечетей двадцатого мая пропели коммунистическую песню "Белла, чао!"
 
13.05.2020
 
Неофашисты и полицаи не дадут покоя бас-гитаристу "Груп Йорум" и в стамбульской могиле?
 
09.05.2020
 
"Сражались олени и люди..."
 
05.05.2020
 
Московские полицаи отлавливают и сажают в "обезьянник" посмевших отмечать Первомай коммунистов
 
04.05.2020
 
Первомайское обращение ЦК КПГ
 
02.05.2020
 
Александр Кубалов: Многие очень сильно ошибаются, когда думают, что музыка вне политики
 
01.05.2020
 
Красный онлайн-Первомай (трансляция)
 
27.04.2020
 
Письмо Ибрагима Гёкчека, объявившего голодовку за право Grup Yorum выступать в Турции
 
18.04.2020
 
Ноам Хомский: США превратились в центр мирового кризиса
 
17.04.2020
 
Восстание женщин Чили и пандемия
 
14.04.2020
 
Дмитрий Чёрный о левом стоянии и общественном состоянии
 
13.04.2020
 
Мы категорически осуждали и осуждаем геноцидную блокаду Кубы!
 
09.04.2020
 
Долой памятники интервентам! Заявление Челябинского областного комитета ОКП
 
03.04.2020
 
ОКП поддержала заявление коммунистических и рабочих партий "Экстренные меры для защиты здоровья народа и прав трудящихся"
 
31.03.2020
 
ОКП против империализма и коронавируса
 
27.03.2020
 
Коммунисты 67 стран выступили с политическим заявлением в связи с пандемией