Что такое теоретическое классовое сознание пролетариата



    Главная страница
    О нашей организации
    Информационный центр
     Партийные новости
     Online-конференции
     Региональные организации
     Новости страны
     Видео-новости
     Пресс-релизы, официальные документы
     Интервью, выступления
     Статьи
       Мы и они. Статьи членов КПРФ и о КПРФ
       PR вместо политики. Статьи о выборах и судьбе российской демократии
       Экономика абсурда. Статьи об состоянии российской экономики
       Цена свободы слова. Статьи о положении СМИ
       Либеральный фашизм. Статьи о беззаконии власти
       По кодексу бесчестия. Статьи на криминальные темы
       Последний рубеж. Статьи о российской армии
       За державу обидно. Статьи о внешней политике России
       Откуда исходит угроза миру. Статьи о международных делах и проблемах глобализации
       Культурная революция. Статьи о культуре, религии и вопросах национальной политики
     Аналитика
     Акции
     Выборы
    Акции протеста
    Агитатору (скачай и распечатай)
    Персоналии МОК
    Наша история
    Наши ссылки
    Политпросвещение
    Новые левые
    Народные новости




Рассылка материалов МОК



 
Правда.Инфо
 

 




















Разработка NZVD




PR вместо политики. Статьи о выборах и судьбе российской демократии


Д.Чёрный: Отряд охранителей не заметил потери бойца, ну и бог с ним, с отрядом


11.06.2018
Кирилл Васильев, ФОРУМ.мск

 

Товарищ Чёрный - наш не только партийный товарищ, но ещё и партийный журналист с богатым стажем. Его уход из издания хоть и маргинального порой содержания, но всё же федерального уровня - обеспокоил многих. Вопросы ему я начал задавать давно, и получил достаточно ответов, которые пришлось всё же разделить на две части, чтобы публиковать, конечно же, на нашем официальном партийном сайте, поскольку в его лице мы ощутили оскорбление, брошенное пропутинскими реакционерами всем коммунистам.

Дошли до меня по партийной линии слухи, что твоя дружба-служба в «Литературной России» закончилась. Имеешь ли ты сделать официальное заявление для ЦК по этому поводу? (шучу)

- Всё верно, с 31 мая я «мгновенно выписался», как тот генерал Чарнота, из штата газеты, в котором пребывал с декабря 2014-го. Нашего первого секретаря я поставил об этих планах в известность заранее, прямо на майском Пленуме ЦК, под грифом «немного огорчу». Владимир Иванович вышел из-за стола президиума и озабоченно ответил: «Это не немного». Он ведь был постоянным читателем именно бумажной версии газеты, считал мои публикации в ней едва ли не партийным заданием…

Так ты сам ушёл или тебя всё же «ушли»? Мне это потому интересно, что ты же совсем недавно писал очередную статью в защиту закрепившегося за газетой помещения – и вдруг вот такой шаг. Как-то нелогично и непонятно.

- Скажем так, ушёл я по обоюдоострому желанию двух сторон – не мог больше терпеть ни унизительной, пигмейской цензуры, ни того пренебрежительного подхода, который уже где-то год как установился именно в моём отношении. Своих взглядов я не скрывал ни до начала официального, штатного сотрудничества с газетой, ни в процессе – благодаря чему получил редакционную кличку «Коммунист», и вполне ей соответствовал. В каждой, даже самой малой заметке проводил нашу линию, классовый анализ – поскольку, как и ты, Кирилл, замечал разок, на последнем съезде ОКП, это ведь тоже вид классовой борьбы – информационный. Весьма важный на нынешнем этапе борьбы за умы современников и соотечественников.

Положим, ты уже и не того возраста и статуса, когда можно что-то скрыть. Тебя знают в первую очередь как писателя, автора трёх романов, причём редкой стилистики и ещё более редкой пролетарской направленности. И тут, наверное, надо говорить о какой-то авторской рубрике, если газета взяла тебя как колумниста-коммуниста. Или ты сотрудничал на иных началах?

- Ирония судьбы в том, что недавно я всё это, причём хронологически дотошно излагал в одном из «юбилейных» номеров газеты – аж на восемь полос получился рассказ. Как пришёл в «ЛР» – точнее, как привёл меня тогдашний товарищ-историк, работавший в соседнем «Нашем Современнике», - как потом работал в весьма неспокойной обстановке. Это ведь был изначально случай не найма, а скорее профессиональной дружбы. Меня позвали, как только Роман Сенчин ушёл из газеты, поимев «конфликт интересов» с главным редактором (надо было выбирать, с Владимиром Толстым, путинским советником, недавно одарившим его роман «Ясной Поляной» он - или же готов вместе с «ЛР» критиковать благодетеля). Заменить заслуженного нового реалиста – менее заслуженным радикальным реалистом было логично, и в этом наравне с преемственностью ощущалась даже некоторая поспешность, демонстративность, в духе «у нас незаменимых нет». Но в том декабре я ни от чего бы не отказался, поскольку только что «пролетел» мимо штата «Свободной прессы» (и то в отделе недвижимости – подробности всё в том же 13-м номере «ЛР»).

То есть ты не напрашивался?

- Это в «СП» я напрашивался, однако и тов. Шаргунов тогда обещал «сорокет», вполне покрывавший расходы прибавившейся семьи, и писать буржуйскую белиберду про недвижимость лучше тогда же, оказывается, проходивших «кастинг» - я не смог. А в «ЛР» не «ломился» - позвали, и я пришёл, словно в дыму, - плохо тогда высыпался, рано вставали в садик, а по ночам кропал продолжение «Поэмы Столицы»… Тему оклада я и сам как-то отодвигал на периферию первого разговора в кабинете главного на втором этаже, но сперва с пометкой «эта сумма для редакции несущественная» прозвучала цифра 18 тысяч, потом она быстро превратилась в 16 с пометкой «я забыл, сколько мы тебе обещали?». Но я на всё согласно кивал: давно покинутые печатные пространства, пребывание в живом, а не виртуальном коллективе тоже сулило столь важный коммунисту контакт на низовом уровне. В конце концов, надо быть пролетарием не только в художественной ипостаси, а в жизни, изоморфизм творческих и трудовых полей тут требуется писателю…

И вот в 2014-м ты начал работать за 16 тысяч рублей – в какой должности? (Воистину подвиг, по нашим, питерским меркам…)

- Не знаю, какой это подвиг, но от нашего товарища по ЦК Семёна Борзенко в 2006-м в Заксобрании ленинградском, помню, в курилке на лестнице слышал пресловутый «сорокет» как нижнюю планку, за которую он (с его семьёй за плечами, соответственно) согласен работать, моя ситуация в 2014-м отличалась мало… Редактор отдела спецпроектов, вот как называлась моя должность. Видимо, кажущиеся главному редактору экзотическими убеждения – потребовали такого обрамления. На деле должность подразумевала совмещение функций корректора, телефонистки, курьера, искателя иллюстраций, грузчика, интервьюёра – в общем, на уровне занятости я вернулся в 2002-й год, когда «Независимое обозрение», скрыто-партийная газета КПРФ, вставала на ноги. Я сам тогда разносил её по ящикам думаков в новом здании Госдумы, развозил вместе с Лёнькой Развозжаевым и по другим точкам – сплетник-газетник «московский листок» была по сути моя должность. Сам написал передовицу, сам распространил часть газет…

Отражено во второй части «Поэмы Столицы», если не ошибаюсь.

- Ага… Только в 2015-м пачек, требующих распространения стало гораздо больше. Как сейчас помню: взвалишь на телегу пачек восемь, и везёшь эдакую шаткую «пизанскую башню» до метро «Достоевская» или «Маяковская», складываешь, озираясь, чтобы не было полицаев в «ясли» других газет. А потом из метро звонят в редакцию (с «Маяковки») – мол, прекратите занимать чужие пространства, частная собственность выставит вам иск…

Слушай, я всё не могу постигнуть: вот ты пошёл за ничтожные, дворницкие деньги чернорабочим (хотя сейчас и дворники в Москве за столько не работают)… Но ведь то же самое «Независимое обозрение», тобой упомянутое, ты сам и делал, регистрировал вместе с Ибрагимом Усмановым, который из «Советской России» пошёл на повышение – далеко не худшая газета нулевых была, а может, и одна из лучших, в ряду «Газеты-газеты» и «Коммерсанта», на мой взгляд… И ФОРУМ.мск фактически с самого основания в 2005-м ты ведёшь как колумнист и новостник. То есть опыт-то накоплен солидный. Какие-то должны были иметься у тебя мотивы кроме банальных материальных, приработка?

- Я вообще по натуре безотказный такой комсомолец. Позвали – пошёл. Прогнали – ушёл. Важным моментом прихода в «ЛР» была возможность совмещать сетевую, сайтово-редакторскую работу, довольно интенсивную, с газетной. Тогдашний гендиректор, Александр Дорофеев, в «смотринах» участвовавший и стол Романа Сенчина мне «передававший», так и сказал: «У тебя же ноутбук? Отдельный компьютер тебе не нужен. Вот и садись здесь, прятать ноут будешь в стол, вот тебе ключи». Для меня и вопросов не было – идти или не идти, и на каких началах. Я видел в этом спецзадание партии, самим собой назначенное. Считаю, что любое печатное пространство, хоть немного приоткрывающее нам площадь – надо занимать! И на нём, как на настоящей площади, устраивать «оккупай», застолбить идейно то условное пространство, в котором общество в его газетной, авторской, колумнистской выборке готово вести диалог со сторонниками национализации всех крупных средств производства и фактической национализации всех богатств недр, сторонниками плановой экономики, социализма в культуре, науке, образовании.

Ты всё-таки сказал слово «прогнали». Опиши уход, а то какая-то двусмыслица. Мелькнуло и слово «цензура» - но как тебя, изначально красного колумниста, могли цензурировать? Я вот не замечал в твоих публикациях по ссылкам на сайт «ЛР» никакой редактуры или цензуры – рубил олигархат и особливо «силовигАрхию» словесно шашкой, как обычно, хотя я бы новояз твой, не везде уместный, подредактировал

- Начало финала пошло вот с этой иллюстрации, даже не к моей статье, но подобранной мною – идеально подходившей к пафосу и позиции автора (члена СП СССР Владимира Кожевникова). Сам фотофакт такого радушного приёма памятника Солженицыну коммунистами Владивостока – видимо, огорошил главного редактора, вызвал ярость (ведь это же увидит Наталья Солженицына, а с ней недавно Путин открывал стену скорби по умученным у ГУЛАГе!) и требование найти «что-то помягче», в итоге я дал тот же памятник без таблички «Иуда». Но это уже почти финал… А если «отмотать», тут тоже потребуется некоторый хронологический экскурс, чтоб понять, где что начиналось, а где, увы, кончалось товарищество и начиналась эксплуатация. Шёл я ещё в «ЛР» для того, чтобы пребывать в сильно ужавшемся тогда (поражение «болотного протеста», Евромайдан, резкое разобщение, кризис, оптимизация, рост тарифов ЖКУ, цен и при этом сокращение зарплат, то есть в целом - индекса взаимного общественного доверия) литературном мире, внутри литпроцесса – из которого мои вчерашние коллеги-новреалисты сделали банальный карьерный трамплин, а вот я-то готовился издавать новый роман. Писал его прямо в редакции, засиживаясь допоздна… Мой голос был нужен газете, её передовицам – и мы лихо, в штыки и вовремя встретили открытие «Ельцин-центра», например. Многое вышло своевременно, «выстрелило». Но и для самой газеты те годы, 2015-2016 – были тяжёлыми. Распространение, взваленное на всё того же товарища Дорофеева, хромало – многие точки из-за кризиса отказались выкладывать «ЛР», слишком «тематическая» - кому нужна литература и обсуждение её новинок, когда надо работать на двух-трёх ставках, чтобы прокормить семьи? В том же Центральном доме литераторов, куда до меня Сенчин носил по 25 номеров газеты – ларёк снизил запросы до 15 экземпляров, за 4 года моих визитов туда удалось вернуться лишь к 20…

Ты ушёл от темы, всё на какие-то частности скатываешься – этим, кстати, и проза твоя характерна. Какая сверхзадача была? Просто вариться в среде литераторов? Но ты и так там не был чужим. Со старшим поколением видеться – ведь средний читатель «ЛР» в возрасте под семьдесят, - но много ли ты среди них видел коммунистов? Вот наш первый секретарь Лакеев справедливо считает, что некоторые статьи в «ЛР» и в особенности партийного, брежневского «расстриги» Байгушева – образчик не просто реакции, а верноподданства на грани политической проституции. Зацеловал, говорит Владимир Иванович, этот ваш Байгушев Путина эпитетом «русский», сравнял большевиков с фашистами не хуже Александра Яковлева. Как ты с этим рядом работал, с трудом понимаю. Это подавалось как генеральная линия газеты, или же на правах дискуссии?

- А вот тут ты своевременно поддел. Сверхзадача была самая пролетарская – тащить воз и овладевать новыми навыками. Для меня, привыкшего «учиться и ещё раз учиться» везде, где есть чему поучиться – это была ещё и школа «реалполитИк». Газета ведь живой организм с его современными правами в условиях быстро меняющегося общества. Ты же знаешь, как принципиально внимательно я отношусь к советскому наследию везде – от инфраструктуры и архитектуры до целых газет вот... Там, где капиталисты что-то явно подталкивают к пропасти, я встаю на противоположную сторону и не даю упасть, восторжествовать этому ницшеанско-фашистскому принципу. В кризисном 2015-м, ещё летом газете светило прощание с помещением – я это слышал зимой от того же Дорофеева, - что летом Департамент городского имущества может расторгнуть договор аренды. Мы же всё это время жили под Домокловым мечом ДГИ. До меня тоже были проблемы – то с отоплением, то ещё чёрт знает с чем. Сенчин и Огрызко, главный редактор, даже ходили в Администрацию президента, чтобы отопление включили, не морозили свободу слова. Отчасти все эти незримые, тонкие нити общественных связей пролегали и через мои пальцы у телефона, через старое помещение редакции, которое новая власть всё пыталась прибрать к рукам и коммерчески выгоднее распорядиться. Иногда звонили какие-то служки Мединского прямо из Минкульта, иногда из Минобороны… Для меня было весьма логично не только печатным словом критиковать и обличать власть, но и говорить с ней прямо, и быть вместе, в упряжке с одним из последних советских изданий - на боевом корабле, биться за помещение. «Словом и делом» – это даже, знаешь, профессионально приятно, когда колокольный набат твоего печатного слова каким-то загадочным образом, вроде бы долетая с пугающих власть баррикад, но что-то меняет в кабинетах чинуш, и они не пишут судьбоносную бумагу на выселение наследственно-советской газеты… Вот поэтому-то мне и было столь досадно, что как только в результате бурной поддержки выселяемой газеты, которую высказал широченный хор голосов (и тут понадобился весь спектр, от тех самых верноподданцев-реакционеров до либералов из «Пен-центра»), удалось добиться относительной стабильности – в коллективе установилось отнюдь не товарищество, но напротив – диктатурка. На высокой ноте «SOS», объявляя сбор средств на поддержку редакции (и действительно, такие идейные советские бабушки, как Руслана Ляшева, несли свои тыщонки из пенсий – вот и «Женщины России» помогли, чем могли), удалось микроколлективу газеты урвать президентский грант «на развитие гражданского общества» - рассказывать о жизни и литературе республик, о содружестве народов в пределах нынешней РФ. И уже тут была как бы ситуация «ваш товар – наш купец», не прежняя свобода, а задания: причём именно по этому гранту я по своей и не своей инициативе немало побегал с диктофоном, аж (по своей) до Томского государственного университета «добегал»…

Тема, кстати, вполне наша и, если правильно её подать, взыскующая пролетарского интернационализма… Если я правильно понял – это Фонд президентских грантов вас осчастливил?

- Он самый. Причём само название этой конторы вызывает подозрения. Словом «президентский», в силу раскрученности бренда, сейчас очень многое приподнимается и прикрывается – целые библиотеки государственного уровня «приватизируются» - припрезидентиваются, а в том же Томске на центральном проспекте Ленина сияет реклама некоей «Академии при президенте»... Сколько и где только нет – этих «при»? И чьи в фондах и конторах этих деньги – огромные деньги – личные президентские? Но если верить его декларации, из 7 миллионов в год вряд ли развернёшь такое меценатство… Значит, что-то одно в этих выкладках всё же враньё – и надо называть иначе грантодателя? Это его друзья-олигархи, которые в отличие от него-официального миллиардеры, вроде Абрамовича, скидываются? Или вся силовигархия в обязательном порядке? Тогда так и назовитесь, вроде «Газпром – детям», «Силовигархия – обворованным»… Государство буржуев стесняется быть государством в названиях фондов, академий и библиотек? Или «государство – это я», и Фонд сей тихо ведёт к монархии все поддерживаемые им умы и организации?! В этом плане «слизано» с «ненавистного» Запада самое худшее: Сороса выгнали, но его подход к финансированию «точек роста» в науке и образовании сохранили. Нет планового развития и финансирования, везде пытаются внедрить конкуренцию, борьбу за грант, за кусок, не дольше, чем на год – чтобы лонгитюд не только как метод исследования, но и как образ жизни интеллигенции не был возможен ни в науке, ни в образовании, ни в печати. Только теперь это, выбиваемое заявками из нефтегазовых кубышек, прямо как в тендерной системе - «отечественные» деньги, хотя, повторю, туман над этим вопросом простирается плотный.

Понятно, что деньги сейчас это способ подсчёта труда нанимателем и одновременно его присвоения через прибавочную стоимость, в монетизированном виде (буржуазией), поэтому любые деньги, даже самые трудовые, потные и «честные», несут отпечаток этого классового компромисса и всегда, централизуясь, оказываются буржуйскими. И ты, поскольку марксист годный, не станешь фетишистски принюхиваться к купюрам – кем они там пахнут, от чьих щедрот. Условные денежные знаки – знаки и есть, и об экспроприации экспроприаторов мы помним, как и о необходимости переходить от товарно-денежных отношений к нетоварному производству… Но вот давай подыграем серости и темноте: фактически, для обывателя – ты что, брал путинские рублики?! Может, ты поздновато оттуда сбежал – от греха подальше

- На этом гранте газета сидит второй только год, причём это ещё и жутко забюрократизированный процесс – за небольшие, мягко скажем, деньги, пролетарии пера обязаны отчитываться километровыми бумагами. Какой там штат, в этом Фонде, и сколько дармоедов это всё вычитывающих – страшно даже представить. Но я этот «путинский» хлеб точно не зря ел, ряд интервью у интересных учёных взял, и просто у наших однопартийцев – например, опубликовал интервью с Русланом Каблаховым, одним из немногих поэтов-коммунистов Ставрополья, который и в педагогической своей работе проводит нашу линию, успешно привлекает молодёжь в наши ряды…

Это отрадно, Руслан же возглавил наше региональное отделение. Но я верну тебя к утилитарному: сильно повысился оклад при получении гранта редакцией?

- До двадцати тысяч «на руки» дорос! 25 официальный оклад – до налогов и отчислений тому же самому государству, которое дало грант.

То есть ты «грабил» самого бедного из кремлёвских миллионеров, Путина на 20 тысяч в месяц? Это уже какой-то успех, надо признать. Ну, а ты плакался! Виден всё-таки прогресс: за четыре года по тысяче если считать «за выслугу»… Вообще, всё это пока мне кажется анекдотом года, но я явно чего-то не знаю. Не могу, видимо, уловить твоей генеральной мотивации: что тебя там так крепко держало?

- Окаянство и упрямство в той самой идеологической дискуссии, которая на самом деле выражала каким-то образом и настроения, бродящие в обществе. Они резко качнулись вправо после «болотного облома», ты же помнишь. Многие прославленные «ЛР» ранее новреалисты пошли на поклон к несвергнутому царю, а заходящие к нам в редакцию «гонорарщики» сообщали, что на Афоне монахи давно молятся за Путина как «за анператора» и пора бы уж легализовать монархию, раз народ созрел… В газете разгорались битвы-споры на несколько номеров, что обычно шло под рубрикой «Не отпускает» (в «Дуэли» был аналог «А я говорю, что…») - с лютыми и самыми тёмными проклятиями в адрес Ленина и большевиков там часто выступали разные дедушки, попутно рассказывая про неверность жён своих и тяжкую сельскую жизнь. Говорю же: я сидел на живом потоке мнений, в которые в нужный момент вбрасывал и свой голос. Вот помню, как наш спор с Сенчиным, который высказывал дичь о возможности на Украине социалистической революции в дни Евромайдана, – обрывал директивно главный редактор, мол, заспорились, «междусобойчик»… И почему это я должен был пугаться какого-то путинского гранта? Путины проходят, а советские газеты остаются, не даром же в апреле отметила она своё 60-летие – я видел в «ЛР» себя не только идейно-верным «винтиком» в советской по происхождению газете, но и тем самым следующим поколением, с которым так давно хотели поговорить первопроходцы: тот же могучий публицист Владимир Бушин (начинал он в «ЛР»), мои беседы с ним, знаю, шли нарасхват в Сети.

Но ты же, я надеюсь, не имел там никаких карьерных перспектив, не метил в замы или главные?

- Боже упаси, хотя, по замерам посещаемости страниц сайта «ЛР» мои материалы частенько попадали в топ – но это не было поводом для каких-либо эдаких мыслей ни с чьей стороны. Я понимал всё время, что я «свой среди чужих» (идейно генералитет – при «многочисленности» штата это главный и зам, - запутинцы и антикоммунисты): свой той газете, которую создало советское общество, но само не прожило столько, сколько она. Надо сказать, что наличие «Коммуниста» в редакции заставило вскоре, уже при наличии гранта, завести в ней и «Белогвардейца» - его я, кстати, всегда уважал, и спорили мы в основном в статьях, и то непрямо. Не думал, что «красное» слово моё так перевешивает, что потребуется противовес в лице старожила редакции, – ведь в потоке, идущем на редакционную почту (а это и есть главный капитал газеты, нажитый за десятилетия и сейчас больше уже мэйловый, электронный) хватало беляцко-верноподанных текстов. Белогвардеец, кстати, внук большевика с подпольным стажем – так вот оно и бывает, на спецпайках и подрастает «Россия, которую потеряли»...

Ты упомянул сайт газеты, но должен сразу сказать тебе, что он, каким я его помню и читал, обновляемый явно редко, слеплен едва ли не скромнее нашего партийного, хотя у СМИ-то должен быть он помощнее и покрасивее. При описываемом тобой богатстве редакционной почты можно было бы наладить ежедневные публикации – это я как ведущий нашего сайта говорю, поскольку наладить своевременное поступление и отбор материалов гораздо важнее там веб-дизайна всякого, внешности. Первомай и сбор сводок регионалок нам это показал. Поток тематической информации в первоначальных знаках, своевременно индексируемый, авторский, эксклюзивно иллюстрируемый (желательно, автором) – вот хлеб любого сайта. Как у вас с этим было?

- Шикарно было и остаётся. Предложение превышало спрос раз в десять. Я присватал и специалиста для доведения сайта до приличного уровня – тоже из наших, точнее, из ваших, питерских… Он хоть на удобоваримый движок и дизайн сайт перевёл, он не грузится по полчаса, обновляется проще, и дальше видимо пойдут обновления сайта в сторону как раз ежедневности, куда ж ещё деваться. Мне тут виделась прямая конкуренция с Прозой.ру и «Стихирами»…

Ну, так ты б, как уже «сетевик» со стажем и взялся бы за дело, или это не могло считаться «спецпроектом»? Всё равно же весь день у экрана

- Здесь-то, не поверишь, и крылась не точка сотрудничества, а наоборот – яблоко раздора. С момента, как этот чёртов президентский грант стал нависать (и условное идеологическое поле врага как бы пополнилось войсками: вот же, ты работаешь на Государство!), моя параллельная работа над ФОРУМом.мск и ПРАВДОЙ.info (дневная посещаемость "Правды" пока мечта для сайта ЛитРоссии), работа ежедневная и наличие которой вроде бы с самого начала не вызывало никаких нареканий, стала восприниматься в штыки. «Свои коммунистические сайты» - именно так теперь называлась до некоторых пор не замечаемая моя работа, - мне запретили специальным циркуляром обновлять в три из четырёх присутственных дней. Циркуляром, Кирилл, циркуляром! Надеюсь, он сохранится для истории – придёт время, сдам его в Музей Революции, а сейчас готовлю очередную порцию (из школьного детства) экспонатов для Алисы Божко. Более того, я счастлив, что у дремучих ненавистников научного коммунизма, ГУЛАГа, «тоталитаризма», НКВД – у исследователей творчества «умученных» поэтов, - появилась такая редкая возможность побыть в шкуре врага и отомстить в моём лице «коммунякам» за всю цензуру и пропаганду, удушавшую интеллигенцию в ХХ веке. К обновлению сайта я привлекался крайне редко и, скорее, аварийно – но на том движке это был сущий ад, полчаса на публикацию одного материала это минимум...

Смотри-ка, как у вас там бывало жарко, немного начинаю тебе завидовать. Но уж тогда объясни, что ты подразумевал и ранее под словом «цензура».

- Первым звоночком стало зимой недопущение меня со стороны ФСО на пресс-конференцию в Музей Революции с участием Нарышкина и Солженицыной. Ну, пробила ФСО меня по базе и ужаснулась: супротиву Государства и Государя высказывался, в партии состоит крамольной, незарегистрированной, не учинит ли провокации... Наверное, это был повод задуматься в редакции, как такой человек может получать часть президентского гранта. А заметка, на которой и стало очевидным расставание – была никчёмной и проходной. Причём мною же и предложенной без особого энтузиазма, при наличии уже двух свёрстанных моих материалов в номере, сверх нормы. То есть буквально – гроша заметка не стоит. Фамилию её героя уже все забыли – Слабиков, один из питерских коррупционеров из Ростеха, один из представителей столь часто попадающейся нам на улицах и иногда обложках «Татлера» – элиты. По ходу написания заметки я понял, что нужен контрапункт, что вся эта скукотища из жизни путинской генерации казнокрадов должна чем-то резко перебиваться. Я и вмонтировал биографию большевика, чекиста, тоже ленинградца, умершего от голода в блокаду, будучи директором продсклада – что и было зримым упрёком этой воровской шатии-братии. Вот этот самый, вычеркнутый вполне осязаемо абзац – за которым и последовал прощальный звоночек. 

 

На меня обрушился дождь мелких упрёков – мол, надо писать как в «Новой газете», а не вести неуместную агитацию и бросать тень на всех господ силовиков… Заметку я же сам и переправил, однако она в кастрированном виде совсем поблекла, а вот как раз заголовок, сам собой напрашивавшийся, и всплыл потом в «Новой», хотя понятно, что такое витает в воздухе… Но это ерунда: на следующий же день, в среду, когда редакция обычно отдыхает, я был отправлен в ипостаси грузчика получать очередную книгу («ЛР» работает и как издательство иногда, имеет лицензию) в московский офис Можайского комбината. Уже увидел тираж, созвонился с такси, и готовился к погрузке. Тут мне позвонил зам, с которым у нас был всегда нормальный общий язык, и сообщил, что имеются нерадостные новости от главного редактора – с какого числа желаю быть уволенным. Представляешь ситуацию? Причём это не какая-то задержка сообщения во времени, это был обдуманный, программный ход – отправить, как в стройбат, а потом и нате вам ещё пощёчину. Поработал грузчиком? А теперь «спасибо» и – пшёл вон.

Да, очаровательная просто охранительская проза

- Нормальный мужик в такой ситуации послал бы матом всю эту команду инвалидов путриотизма, пожелав им самим загружать книгу увесистого сибирского поэта в такси, но я – добрый комсомолец. Не то, чтоб подставлять вторую щёку, но дело я доделал, книгу привёз, разгрузил со всеми вместе. А потом зам был очень удивлён – что это ты так скоро убежал? Люди, вроде бы, художественного чутья, а вот показалось странным…

Погоди, но ведь до этого, совсем недавно вы гремели на всю Москву и страну юбилеем, 60-летием газеты, ты ведь тоже был на нём?

- Работал там фотографом, в частности, исполнял привычные пролетарские функции... Но было и кое-что тому предшествовавшее: связи-то старые КПРФные остались, и я попросил товарищей в Мосгордуме написать поздравительное письмо на бланке, оно красиво легло на полосу, подписано было Николаем Губенко, и мне, как представителю газеты, его красиво вручили в МГД на круглом столе инициативных групп, борющихся против сносов по реновации. Даже фото осталось «газета в моём лице»… Но опять же, дело тут не в личных обидах – будь у меня таковые я уже при первом же повышении голоса в мой адрес оттуда бы отчалил. Нет, я вёл себя именно как на партзадании, держался зубами, пытался внедрять принципы коллективизма туда, куда сверху, через вот эти гранты лезли принципы царизма, лихо поддерживаемые «белогвардейской» стороной. На юбилее газеты в Доме национальностей прозвучал тост в адрес главного редактора – «ты и только ты», в котором Белогвардеец высказывал давно уже звучавшее в узком кругу. Что газета это в первую очередь один человек, и не будь его, не было бы давно газеты. Это так, но это ужасно плохо – от этого надо бежать в организационном плане, как от смерча. Однако на моих глазах происходило иное. Формат планёрок, который сам же я, истосковавшись по «Независимому обозрению» и принёс, «накликал» на коллектив ещё в 2014-м при Сенчине – рос и рос. Часовые мрачные медитации, в которых мнения сводились к одному и «возникать» все уже побаивались, и по кругу повторялись какие-то банальные рассуждения или домыслы, параноидальные какие-то мотивы, - воздействовали на коллектив. Да, мы понимали, что эта тревожность от «подвешенности» помещения, понимали, что находимся в руках того самого Государства, которое пытаются славить на голом энтузиазме эти, пережившие 90-е, но не их заблуждения в плане спасительности капитализма, люди… ДГИ не продлил договор аренды ещё в апреле 2016-го, то есть два года эта вот тревожность росла, а Государство – так искренне порою прославляемое на передовицах и в авторских материалах (причём не обязательно штатников), - оно не желает брать на полное обеспечение и в своё помещение патриотическую газету. Какие-то звонки из кабинетов, загадочные «сдержки и противовесы», это могло как-то притормозить выселение, но не решить вопрос принципиально.

В твоём голосе звучит всё ещё боль за газету. Но ведь тебя-то, выходит, плюнув на заслуги и альтруизм, она выгнала точно так же, как её пытается выставить ДГИ? А ты ведь столько раз защищал её, нашего первого секретаря даже, помню, привлекал к этому делу, и он говорил слово нужное в нужный момент...

- Мне тогда же и другой член ЦК ОКП, Анатолий Баранов (к которому, видимо как когда-то «родителей в школу», всё мечтал дозвониться главред «ЛР» – да вот нынче уже не судьба) сказал: «ты борись за помещение, но с тем условием, что в случае успеха ОКП получит там комнату, утрём нос соседнему Малому Сухаревскому – где ЦК КПРФ». Какой там! И заикнуться было неуместно, тут же так любят Путина (что всерьёз произносят в телефонных разговорах «наш Национальный Лидер»), а мы его критикуем. Владимир Лакеев ведь готов был призвать и московский актив ОКП на пикеты в защиту газеты и её исторического помещения, данного советской властью, ЦК КПСС… Но увы – в борьбе с наступающим мощным собянинским капиталистом-хищником, произошло отчуждение и разобщение: буржуазные тенденции победили в самом коллективе, а теперь и некому сопротивляться этому локальному, тянущему ко дну царизму. Не понимая главного, что они тут не господа-хозяева, а гости-пролетарии – и как пролетарии, наследники «совка», только и могут что-либо требовать от новоявленных и самозваных господ, - мои коллеги вели себя и со мной, и с ранее меня уволившимся Дорофеевым как господа-благодетели. Сколь дико мне было слышать в кабинете главного редактора, что «он содержит из своих личных» в течение какого-то времени «пустое место» (так назывался уже не справлявшийся с обязанностями гендиректор)! Незнание азов марксизма порою сказывается на таких простейших силлогизмах: не нашим ли трудом создавалась газета всё это время? Но это как-то не учитывалось, а вот злополучный грант и отчётность по нему неким государевым оком подглядывала на шаткую палубу уже потерявшего прописку корабля, и ещё подсказывала, как поступать побуржуазнее! В мой адрес сыпались тоже смехотворные упрёки в непрофессионализме (хотя по образованию я психолог, а не журналист – сие ремесло осваивал «на цыганском факультете», сиречь «на ногах», на улице), а «Независимое Обозрение», в котором мы и познакомились и сработались с Анатолием Барановым, объявлялось газетой образцового непрофессионализма, хотя где была в нулевых «ЛР» и где был «НОБ» - высшая лига российской прессы (это с рекламного слогана из метро, были у нас и такие стикеры)? Газета, пережившая два рождения, после Ибрагима Усманова, при Валерии Турсунове настолько увеличила тираж и коллектив, и вообще качество, что вышедшие из него – тот же публицист Максим Артемьев, драматург Александр Молчанов или футуролог Максим Калашников в представлении не нуждаются. А депутат КПРФ Игошин и был интересен-то только пока финансировал газету, но после 2004-го как-то исчез и из политики, и из КПРФ, став заурядным бизнесменом внутри правящего «ЕдРа»… Думаю, такая несвоевременная ненависть к давно почившему «НОБу» была лишь сублимацией зависти к ФОРУМу.мск, с однодневной посещаемостью которого ни один, даже юбилейный, тираж еженедельника не встанет рядом. И я конечно же оставался Форумским патриотом – детище своё и товарищей в угоду чьей-то зависти, не запускал. Ибо эта «лампа Алладина» требует ежедневных прикосновений, ежечасных – что для отца уже двух детей, как очевидный способ заработка при крайне невысоком окладе в «ЛР», вряд ли бы было порицаемо в другом коллективе, но тут – вот так…

Давай-ка из нулевых вернёмся всё же к этим, литературным охранителям и рассмотрим их как явление. Ощущаю, насколько актуален лозунг нашей партии - Ни царей, ни президентов! (Ни навальных, Ни путиных)... Ты ведь видел, из чего складываются их воззрения – тебе эта «генеральная линия» не казалась наигранной? То есть путриотизм – показным, поскольку нельзя просто федеральной газете идти сейчас против верховной власти, ещё и при «подвешенности» в помещении, и при гранте

- Вообще-то она была изначально газетой СП РСФСР, то есть республиканской, но поскольку теперь вне СССР и РФ – федералы, то да, федеральной. К чести газеты скажу, что её идейная начинка не менялась из-за грантов или чего-то подобного. Путриотизм был искренним, как и ненависть к Ельцину, который в 1993-м «ЛР» запретил наравне с прочими поддержавшими ВС РСФСР. Собянина того же мы критиковали как ни одна московская газета не смела. Но по старому доброму принципу, вполне глубоко там прочувствованному, Путин – это хороший царь, под которым всякие Слабиковы заводятся, но надо накачивать рейтинг Путина, и тогда Слабиковы сами отомрут. Бить по боярам, не трогая царя. «Цесаревича» - Медведва зато трогали, но не очень сильно и часто. Ибо чем сиятельнее царь, тем сильнее держава – а вдруг он снова в преемники? Ты не забывай, что и ХХС в 1995-м строился вообще-то по настоянию «ЛР» и благодаря созданному газетой народному движению. То есть тут такое недетское, серьёзное охранительство определённого типа «государственности», которое постсоветскую историю имеет. И конечно же «опять ты со своим пролетариатом» (как брезгливо говаривал зам) звучало тут с высоты прежних реакционных достижений. Часто на передовицу попадали попы, а Шевкунов был просто подарком. Тот самый, который на Сретенке строил Храм новомученников, жертв коммунистической идеи (да-да, именно идеи). Ну, вот, отказавшись от классового самосознания и угодили «господа рабочие» (как пел когда-то Харчиков) - а по сути это самый что ни на есть печатный пролетариат, - в лапы родной буржуазии, ДГИ отдал помещение какому-то рынку, и нынче снова идёт бой. Только отряд не заметил потери бойца… Ну и Богъ с ним, с отрядом охранителей.

Что в ближайших планах? Творческих и профессиональных... 

- Год назад в это же самое время, ранним утром я таскал всё те же пачки газет на телеге через Рождественку и Никольскую ежедневно - на Красную площадь, на книжную ярмарку. Руки серые от свинца, ноет поясница - но стоишь, голосишь всё тем же базарным зазывалой, вручаешь бесплатные номера газеты, а попутно получаешь выговоры по СМС "как вы сдали материал без вреза?!!", "немедленно явитесь в редакцию!!!" Думаю, "что-то пошло не так" изначально при отсутствии сопротивления коллектива подобным интонациям и тенденциям, которые, опасаюсь, не пойдут газете на пользу - ибо она, когда-то занимавшая почти этаж в здании Литгазеты, действительно оказалась в одних руках, и удержать её над пропастью всё сложнее. Пожить без страха иудейска, отдохнуть ото всего этого, нервно и физически, собираюсь - лето самое подоходящее время. Книгу рассказов, наконец, доковыряю на даче, и сдам не-знаю-пока-в-какое издательство... Попутно усилю участие в оргработе партии и на "своих коммунистических сайтах". Песню "За Советскую Родину" вот эшелонскую с нового альбома свели, наконец, скоро опубликуем - в ней тоже итог моего литроссовского периода, серединка из "Сталинградской хроники" Юрия Кузнецова...

Вот этого как раз многие и ждут (я не о песнях сейчас) - затронутые тобой, упомянутые исследования феномена государственничества "на натуре" пора бы превратить в серию статей, тем более что туманная и грозная Государственность (без конкретики формации, а именно как протеическое нечто), это облако, в котором в рейтинг Путина и в рост монархических настроений обращается даже советское, "лево-патриотическое", будь оно неладно - требует детального анализа специалиста. Думаю, ты имеешь теперь все необходимые для этого мозольки профессиональные и навыки-знания, почерпнутые в неравной (количественно) борьбе общественных идей. Ждём статей!

 



 
Жизнь страны глазами СМИ:
Путин вернул Россию в 90-е (31.05.2020)   |   "Сражались олени и люди..." (09.05.2020)   |   Как я пробирался в Москву, не встречая карантинного сопротивления (14.04.2020)   |   Новочеркасск-1962: мифы, причины, последствия (02.03.2020)   |   Д.Чёрный: Работа писателя исключает работу на государство, особенно на государство буржуазное (29.02.2020)   |  


 



Голосование

Партийные новости

 
31.05.2020
 
Коммунисты Пензы упаковали памятник белочехам в чёрный трупно-мусорный мешок
 
29.05.2020
 
Заявление Президиума Центрального Комитета Объединённой коммунистической партии
 
27.05.2020
 
Дискуссия "Красная волна или саундтрек для вырождения?" (анонс)
 
23.05.2020
 
Мегафоны двадцати турецких мечетей двадцатого мая пропели коммунистическую песню "Белла, чао!"
 
13.05.2020
 
Неофашисты и полицаи не дадут покоя бас-гитаристу "Груп Йорум" и в стамбульской могиле?
 
09.05.2020
 
"Сражались олени и люди..."
 
05.05.2020
 
Московские полицаи отлавливают и сажают в "обезьянник" посмевших отмечать Первомай коммунистов
 
04.05.2020
 
Первомайское обращение ЦК КПГ
 
02.05.2020
 
Александр Кубалов: Многие очень сильно ошибаются, когда думают, что музыка вне политики
 
01.05.2020
 
Красный онлайн-Первомай (трансляция)
 
27.04.2020
 
Письмо Ибрагима Гёкчека, объявившего голодовку за право Grup Yorum выступать в Турции
 
18.04.2020
 
Ноам Хомский: США превратились в центр мирового кризиса
 
17.04.2020
 
Восстание женщин Чили и пандемия
 
14.04.2020
 
Дмитрий Чёрный о левом стоянии и общественном состоянии
 
13.04.2020
 
Мы категорически осуждали и осуждаем геноцидную блокаду Кубы!
 
09.04.2020
 
Долой памятники интервентам! Заявление Челябинского областного комитета ОКП
 
03.04.2020
 
ОКП поддержала заявление коммунистических и рабочих партий "Экстренные меры для защиты здоровья народа и прав трудящихся"
 
31.03.2020
 
ОКП против империализма и коронавируса
 
27.03.2020
 
Коммунисты 67 стран выступили с политическим заявлением в связи с пандемией
 
24.03.2020
 
Выражаем свою солидарность коммунистам Польши и призываем продолжить кампанию солидарности!