Французские полицейские из городка Клермон-Ферран избили участников Национальной академической капеллы «Думка». Вооружившись наличными, артисты отправились по магазинам за покупками. Однако, увидев сомнительных иностранцев, пытающихся разменять крупные купюры, предусмотрительные французские бюргеры быстренько стуканули в полицию. Полиция, не долго думая, стала отнимать «кэш» у музыкантов. А те, в свою очередь, перешли к сопротивлению полицейскому насилию. Перевес в итоге оказался на стороне блюстителей буржуазного порядка, а артисты были избиты и помещены в полицейский участок.
Историю обсмаковали на разные лады украинские СМИ, а когда капеллу выпустили из полиции и извинились, то дополнительно был обсмакован еще и хеппи-энд истории. Смешно, немного пикантно, с интригой и хорошим концом, – что еще надо для успеха у зрителя?
Но история эта еще и лакмусовая бумажка для общественного мнения. Участники академической капеллы, согласно штампу общественного сознания, вне подозрения, как жена Цезаря. Двери полицейских участков открываются перед ними, как только их формальный статус окажется подтвержден. Перед ними извиняются и расшаркиваются, мол, извините, произошло недоразумение, мы думали, что вы – грязные албанцы или арабы, которые по заданию Аль-Каиды хотят подорвать нашу финансово-кредитную систему фальшивыми 500-евровыми купюрами.
А представьте себе, если бы это действительно были албанцы или арабы? Или те же украинцы, но не из капеллы, а из строительной бригады? Уверен, что ни своих евро, ни тем более извинений им было бы не видать, как своих ушей. Еще какой-нибудь «висяк» на них пренепременно повесили бы. Ведь французские полицейские разбираются в сортах людей не хуже, чем местные сомелье в сортах вина. Это первый сорт? – Вернуть деньги и извиниться! Третий сорт? – Самое место в каталажку, нечего было приезжать и отнимать рабочие места у белых французов!
Симпатия украинского обывателя, естественно, на стороне украинских артистов. Но на чьей стороне они были два года назад, когда восстали предместья Парижа, восстали в ответ на гораздо более жестокое полицейское насилие, которому постоянно, изо дня в день подвергается французская беднота арабского происхождения?
А ведь к украинцам, работающим в Европе, полиция относится не лучше, чем к темнокожим из пригородов. А иногда и хуже, потому что родившийся во Франции араб, владелец паспорта Французской республики, теоретически обладает теми же правами, что и «коренной» француз. Обладатель украинского паспорта – нет.
А лучше ли относятся к украинскому наемному работнику у него на родине? Владельцы шахт, считающие прибыли, а не жизни погибших шахтеров? Топ-менеждмент, выжимающий из офисного пролетариата пот, не хуже, чем у рабочих за конвейерной лентой? Капиталисты сферы обслуживания, молодость чьих работников проходит перед монитором кассы и за наклеиванием этикеток, в ожидании мизерной и нерегулярной зарплаты? Застройщики, не считающиеся с мнением жителей и отнимающие у них жизненное пространство? Чиновники, повышающие тарифы и собственные зарплаты?
Это делают люди с тем же цветом кожи, и той же, вполне «коренной» национальности, что и те, кого они грабят. И разница тут гораздо глубже, чем оттенки пигментации эпидермиса, форма носового хряща или разрез глаз.
Когда украинский наемный работник научится видеть не цвет кожи, а социальное положение, – то, что называется страшными тоталитарными словами «классовая принадлежность», когда он научится видеть против кого и в чьих интересах работает государственная машина, лишь тогда можно будет говорить об улучшении его жизни. А до тех пор у него будут отнимать заработанные евро, гривны или рубли, избивать и сажать в «обезьянник». До тех пор по отношению к нему будут применяться самые жестокие и изощренные формы классового расизма, классового апартеида, разных форм классовой борьбы богатых против бедных, капиталистов против наемных работников. Поэтому нужно учиться сопротивляться и побеждать.
Только рост сознательности и организованности людей наемного труда сможет изменить ситуацию в нашей стране, а вовсе не то какая прическа будет у руководителя государства крупного бизнеса: коса, «бобрик» или прилизанная…
