В комсомол я пришел необычной дорогой. Интервью «Молодежному сопротивлению»
20.10.2004
Молодежное сопротивление
Редакция «Молодежного сопротивления», печатного органа МГК СКМ РФ:
Дмитрий, мы сейчас собираем истории прихода в СКМ со всех наших товарищей, комсомольцев разных поколений уже нового периода. Среди нас ты считаешься старожилом в СКМ: так расскажи, что и когда привело тебя в организацию, что привлекло, заинтересовало.
Д.Черный:
В комсомол я пришел необычной дорогой. Полагается ведь как? Идейно созрел, ну и – милости просим. Я же зрел на совсем другом дереве – не идеологическом, но эстетическом. «Зацепил» меня дом один, что на улице Рабочей, за номером шесть. Теперь вместо него новостройка безликая. Тогда я ни названия стиля не знал – «конструктивизм», ни года его постройки. Но почувствовал, что в доме этом – эпоха. И еще уверен был, что там снимали фильм «Застава Ильича». Ходил, глядел на него два года, а в 2000-м вдруг – оп-па, а его сносить собираются! Впрочем, прочитайте поэму «Дом» - там все это есть.
Так вот: стал я суетиться, чтобы дом от слома спасти. Я о ту пору с анархистами тусовался, с интеллигенцией вольнодумствующей, постмодерниствующей, но симпатизировал красным, коммунистом был глубинным, так сказать, интуитивным – на уровне «наше», «родное»… Но тогда звонил подряд по нескольким молодежным организациям, которые бы могли устроить «массовку» для ТВ, с которым я уже договорился о некотором действии у дома. А телевизионщики всегда требуют массовки и всяких необычностей. Звонил в молодежное «Яблоко» Андрею Шаромову. Но контакта не завязалось, не до этого им было тогда – как и всегда. Случайно рассказал о доме своему родственнику в обычной, регулярной телефонной беседе. Мой дядя, коммунист, дал мне телефон Горкома КПРФ.
Меня вывели на «тех, кто по молодежи». Несколько голосов со мной в разное время говорили – передавали по цепочке. Что порадовало – за меня схватились: народ, в отличие от «яблочного», оказался заинтересованным. И вот мне сообщают адрес явочной точки: «Остоженка, 13, там за лифтом направо…».
Пришел, вхожу, встречаю молодые взгляды исподлобья. Сели в небольшой комнате у стола, ребята сгустились вокруг меня. Жгучий брюнет, на вид здесь старший, со мной заговорил – мол, каких убеждений, и с чем пришел? Рассказал суть дела, попросил поддержать.
«Поддержим, замутим акцию - сказал Константин Давыдов, «орговик», как сам он выразился, прирожденный. – А ты сам-то вступить не хочешь?». Я тогда толком и не понимал, куда вступаю. Ответил, что если делу поможет, то вступлю. Анкету заполнил сразу, не ломался. Так я и стал комсомольцем – на ощупь, практически.
Принимали меня в мае 2000-го, вместе со всей бравой, богатырской ячейкой ГУЗа. Тогда за один день приняли человек семь. После того, как дом на Рабочей, после нашей акции и попыток живым щитом его отстоять, буржуи лужковские все же разрушили, стал я коммунистом окончательно, бесповоротно. О чем и говорил, получая комсомольский билет. Говорил еще «в себя», стушеванно, но с уверенностью, что пришел со своими переживаниями и устремлениями по адресу.
И вот, через три года, я на месте того жгучего брюнета – быть может, не такой жгучий, но привлечением в наши ряды новых товарищей озабочен так же.
Сегодня на КПРФ.ру




|