подробнее ...
Я напомнил: «История сперва выступает как трагедия, а потом как фарс». Шолохов: « Грубый фарс. Культ «неприличности. Лет через двадцать поумнеем, как Вы думаете? Я не увижу, Вы увидите. Интересно бы посмотреть». Мы вышли из дома. Широкой полосой вился Дон; на юг летели птицы, ветер срывал осеннюю листву. подробнее ...
О поэзии Эдуарда Лимоноваподробнее ...
На с. 63-64 кн.: Славой Жижек. 13 опытов о Ленине. М.: Ad Marginem, 2003.подробнее ...
«Наутилус» Илья Кормильцев — о манипулировании сознанием, национализме и наркотикахподробнее ...
Франкфуртская книжная ярмарка-2003 глазами руководителей издательства Ad Marginemподробнее ...
Отклик на книгу: Жижек Славой. Добро пожаловать в пустыню Реального/ пер. с англ. Артема Смирнова - М.: Фонд "Прагматика культуры", 2002. - 160 с.подробнее ...
Эдуард Лимонов: "В зоне во всей красе предстает архаичность российской культуры".подробнее ...
А. Проханов. Красный архипелаг. Я сам в какой-то степени являюсь частью красной Атлантиды. Я чувствую, как меня охватывают воды времени, я ухожу вниз, к своим любимым героям, временам, темам, книгам, к своей великой советской прародине. И на поверхности у меня остался один только глаз, и в этот глаз сегодня хлещет мутная, сусальная, омерзительная пена путинизма. Я чувствовал свое погружение еще в семидесятые годы минувшего века . Советское семидесятилетие — время, когда на поверхности мировой истории выступил грандиозный алый красный архипелаг, обнажился гигантский загадочный континент, а потом на него стали насыпаться пески, шли какие-то мутные дожди, и его ландшафт был совершенно изъеден, изглодан к семидесятым годам. Вся мистика этого красного явления была замутнена, практически исчезла. Таинственные знаки, которые были на красных скалах, поросли мхами и лишайниками, стали невидимыми. И свою личную миссию в то время я видел в том, чтобы соскрести когтями все эти лишайники с утесов и прочитать великие заветы первооснователей, заветы красных волхвов. Было довольно трудно, потому что меня окружали совсем другие художники. Вместо ослепительной советской футурологии, мечтавшей о покорении галактик, о бессмертии, о реализации прометеевско-федоровского замысла, появился советский эпос, огромные романы о кулаках, о партийных ячейках. И красная Атлантида начала растворяться в буднях. Была укрыта огнедышащая, странная и страшная материя подлинного советского. Но мне чудилось, что в недрах тусклого, пыльного, сытого, замшелого брежневского периода тем не менее начинает расти младенец, зачатый красными волхвами. Появились люди типа архитектора Константина Пчельникова, которые сумели аккумулировать в себе эту технотронную и техносферическую советскую мечту, понимание красоты этой мистической, метафизической техники, ибо советская власть и была техника. Они сумели соединить ее с русским духом, с берестяной грамотой, с иконой, со старцем Филофеем, говорившем о Третьем Риме. Возникало поразительное единство, которое я условно называю русской цивилизацией. И именно она, еще не рожденная цивилизация, и была убита в 1991 году. Мы унесли под воды не только Первую конную, фильм "Весна", Днепрогэс, всеобщую грамотность, космический прорыв и поразительные открытия в области технологий и наук, но также и этого младенца. Но я знаю, что этот младенец не утонул, он там живет под водой, ибо все младенцы обладают хорошей способностью жить в воде. Мессианская задача культуры сегодня, не обмельчавшей политики, а именно культуры, помочь этому прекрасному младенцу всплыть. подробнее ...
или Самое время верить в прогресс.подробнее ...
