Аналитическая записка к VI Съезду

О попытках реализации “семигинского проекта” в отношении

Ретроспективный анализ многих процессов в СКМ РФ и вокруг него позволяет прийти к выводу, что кризис в комсомоле, проявившийся летом 2004 г., имеет довольно продолжительную историю, а его истоки следует искать в некоторых событиях, происходивших несколькими годами ранее.

Было бы нелогичным предполагать, что масштабный и многосторонний план постепенного подчинения КПРФ околокремлевским структурам, получивший название “семигинщины”, который охватил все без исключения сферы действия партии, мог игнорировать такое важное направление, как работа с молодежью. Неудивительно, что с самого начала семигинскими политтехнологами были предприняты серьезные усилия, направленные на обеспечение полного контроля над комсомолом.

Г.Ю. Семигин, избранный депутатом ГД ФС РФ по списку КПРФ в 1999 г. и вскоре ставший заместителем председателя Госдумы от АПДГ и председателем Исполкома НПСР, с самого начала установил наиболее тесные контакты с тогдашним секретарем ЦК КПРФ по организационно-партийной работе С.А. Потаповым. По протекции последнего Семигин еще в начале 2000 г. взял на высокооплачиваемую работу в своем аппарате помощницу Потапова В. Королеву, которая на тот момент была секретарем ЦК СКМ РФ по организационной и кадровой работе, контролируя колоссальный аппаратный ресурс в комсомоле. С помощью Королевой, а также тесно связанного с ней члена ЦК, а затем члена Бюро ЦК СКМ РФ М. Сурайкина, очень способного, но отличавшегося, по мнению комсомольского актива, огромным честолюбием, непомерной амбициозностью и склонностью к интригам, “семигинцы” сумелипостепенно поставить под свой контроль тогдашнего лидера СКМ РФ К. Жукова. Следует отметить, что Жуков, состоявший на партучете в одной первичке с Сурайкиным (своим студентом в период 1996-2000 гг.), начиная с 1996 г. активно и не в меру протежировал Сурайкина, всячески поощряя его амбиции.

Попыткам поставить комсомол под полный и безраздельный контроль со стороны группы Жукова – Королевой – Сурайкина мешали, во-первых, руководство МГК СКМ РФ во главе с П. Студниковым, во-вторых, Информационно-аналитический центр ЦК СКМ РФ, руководимый А. Карелиным. Поэтому, начиная с весны 2000 г., основные усилия этой группы были направлены на “захват власти” в столичной комсомольской организации, а также на ослабление и развал ИАЦ.

Первая задача в основном легла на плечи Сурайкина, имевшего в МГО СКМ РФ немало сторонников благодаря постепенному внедрению в ряды столичного комсомола выпускников т.н. “Школы экспертов и помощников депутатов Госдумы”, где Сурайкин был старшим методистом. Упорные попытки Жукова, Сурайкина и Королевой навязать горкому комсомола вместо Студникова нового руководителя – коммуникабельного и импонирующего многим комсомольцам, но слабого и безынициативного первого секретаря Центрального окружкома СКМ РФ г. Москвы Я. Сидорова – в чем-то подобны сегодняшней политике стран Запада в отношении Украины: “или Ющенко, или никто”; любые альтернативные, компромиссные кандидатуры отвергались с порога. Такая персональная нацеленность на откровенно слабую фигуру может объясняться лишь безусловной подконтрольностью данной фигуры стоящей за ней группе.

Попытка переворота на II Конференции МГО СКМ РФ осенью 2000 г. не удалась, однако позиции “сурайкинцев” в горкоме существенно усилились и продолжали усиливаться в дальнейшем, в том числе благодаря многочисленным тактическим ошибкам сторонников Студникова, самой крупной из которых стал скандальный уход московской делегации со IIСъезда СКМ РФ в знак протеста против неправомерных действий Жукова и Королевой.

Тем не менее, большинство комсомольцев Москвы относились к Сурайкину крайне негативно. Он не пользовался ни малейшим авторитетом даже в своей собственной первичной организации, что послужило причиной его исключения из рядов СКМ РФ весной 2001 г. с формулировкой “за попытку внести раскол в ряды организации и за несоответствие моральному облику коммуниста”, но статус члена ЦК позволил ему остаться в рядах организации. После того, как это решение первички было утверждено Северо-Восточным окружкомом СКМ РФ, последовал немедленный разгром окружной комсомольской организации Жуковым, который возглавлял на тот момент также и соответствующее партийное окружное отделение.

В июне 2001 г. указанная группа все же совершила успешный переворот в городской организации: заручившись поддержкой ряда руководителей окружных организаций, “сурайкинцы” с грубейшими нарушениями Устава СКМ РФ, несмотря на запрет со стороны ЦКК СКМ РФ, созвали внеочередную городскую конференцию, по итогам которой был избран новый горком под руководством Сидорова. В рекордный срок (9 дней!) он был зарегистрирован в Управлении юстиции г. Москвы (подобная “скорострельность” наводит на определенные соображения), причем регистрационные документы оказались не у Сидорова, а у Сурайкина.

Большинство комсомольцев города на тот момент конференцию не признало легитимной. Однако, “переворотчики” неожиданно получили поддержку со стороны руководства МГК КПРФ во главе в А.А. Куваевым, ранее покровительствовавшим Студникову. Неожиданная перемена позиции Куваева объясняется тем, что весной 2001 г. он начал активносотрудничать с Потаповым, постепенно интегрируясь в семигинскую группу, что привело его деятельность к закономерному результату в 2004 г. Потеряв поддержку Куваева, Студников и многие его сторонники отказались от борьбы и покинули ряды СКМ РФ. Основная жемасса комсомольцев, несогласных с решением июньской конференции, в условиях отсутствия легитимного горкома летом 2001 г. организовали “Координационный совет окружных и первичных комсомольских организаций г. Москвы” (КС ОКПО) с целью восстановления нормальной работы городской организации. Однако, решением Бюро ЦК СКМ РФ, где на тот момент преобладали сторонники Жукова, КС ОКПО был распущен.

В ноябре 2001 г. после ряда согласительных процедур было проведено Общее собрание МГО СКМ РФ с целью легитимизации ситуации в городской организации. Учитывая, что за период с июня по ноябрь, не выдержав давления Куваева, Жукова и Сурайкина, ряды комсомола в Москве покинули около 130 человек, а новое руководство широко применяло разнообразные манипуляции со списками комсомольцев, Общее собрание было выиграно сторонниками Сурайкина, хотя и с незначительным перевесом.

В дальнейшем горком под руководством Сидорова функционировал очень слабо, в работе отсутствовала необходимая инициатива, неуклонно падала численность комсомольских рядов. Однако такая ситуация “семигинцев” в целом устраивала: не столь важно, что организация слаба; главное, она подконтрольна.

Интересно, что вскоре после переворота в МГО СКМ РФ К. Жуков получил весьма “хлебное” место руководителя Камчатского пароходства. Некоторые независимые аналитики высказывали предположения, что данное назначение осуществилось не без содействия “семигинцев” в обмен на их контроль над комсомолом.

Следует подчеркнуть, что мотивы поступков Куваева и Жукова в 2000-2001 гг. были непонятны комсомольцам Москвы, которые, однако, интуитивно испытывали ощущение некоего “заговора”. В тот момент в партии “семигинщина” далеко еще не бала разоблачена, и комсомольцам приходилось бороться практически без всякой партийной поддержки, в состоянии своеобразного “полуподполья”. Теперь все стало на свои места, и картина сделалась практически ясной.

Одновременно с операцией по перехвату контроля над МГО СКМ РФ группа Жукова – Королевой – Сурайкина осуществляла планомерные атаки на ИАЦ ЦК СКМ РФ. В частности, решением Бюро ЦК СКМ РФ интернет-группа ЦК СКМ РФ была выведена из подчинения ИАЦ и фактически присвоена Сурайкину, который ранее при попустительстве Жукова “приватизировал” доменное имя официального web-сервера ЦК СКМ РФ.

Летом 2001 г. силами орготдела ЦК СКМ РФ, подчиненного Королевой, было разослано по регионам письмо с подложным “решением Бюро ЦК СКМ РФ”, в котором упоминалось о начале подготовки к “IIIвнеочередному Съезду СКМ РФ в Анапе”. Письмо было снабжено поддельной подписью Жукова, находившегося в тот момент в Алжире на Всемирном фестивале молодежи и студентов. Эта, уже откровенная, попытка осуществления переворота в СКМ РФ с последующим установлением открытой “семигинской диктатуры” была грамотно пресечена усилиями ИАЦ ЦК СКМ РФ, своевременно перехватившего подложный документ и отреагировавшего на него специальным заявлением, распространенным по региональным отделениям СКМ РФ посредством электронной почты.

В 2003-2004 г. “семигинцы”, как известно, перешли в открытое наступление, что в молодежном аспекте выразилось в попытках увести СКМ РФ от КПРФ под “крышу” семигинской ВКПБу или, как минимум, “подвесить” комсомол “между партиями”. В целом эти попытки изначально были обречены на неудачу. Однако в рядерегиональным отделений СКМ РФ комсомольским организациям пришлось пережить полосу серьезного кризиса, что в первую очередь характерно для МГО СКМ РФ.

После ухода из КПРФ Куваева, а затем и Сидорова, встал вопрос о смене руководства городской комсомольской организации. Однако попытки выразить недоверие Сидорову (уже исключенному из КПРФ) как руководителю МГО СКМ РФ неожиданно провалились на пленуме горкома, что объяснялось не только особенностями состава комитета, 20% которого были сотрудниками принадлежащей Сурайкину фирмы “Алезар”, но и двойственной позицией ряда членов МГК во главе с секретарем по идеологии А. Веселовым, которые, оставшись в КПРФ, тем не менее решили поддержать Сидорова.

После исключения из комсомола Жукова, Сурайкина, Сидорова решениями августовского пленума ЦК СКМ РФ сторонники Веселова неоднократно игнорировали заседания Бюро МГК СКМ РФ, срывали кворум на Пленумах МГК, выступали против исключения из комсомола лиц, избранных в центральные органы ВКПБу и т.п., стараясь по возможности затянуть решение организационных вопросов. Они ставили своей задачей избрание Веселова первым секретарем МГК, но понимая, что это невозможно, поскольку Веселова поддерживали лишь несколько процентов городской организации, решили сделать ставку на бесконечное затягивание процесса.

Следует подчеркнуть, что целый ряд лиц из “веселовской оппозиции”, будучи членами СКМ РФ и КПРФ, в то же время состоят в так называемой Революционной рабочей партии (РРП) Сергея Биеца – одного их трех осколков некогда единой РРП, являвшейся российской секцией Комитета за рабочий интернационал (КМИ). КМИ – одна из крупнейших международных троцкистких тенденций со штаб-квартирой в Лондоне (лидеры Аллан Вудс и Тед Грант). После раскола РРП на три части в 2002 г. КМИ признал своей российской секцией “Рабочую демократию” (Петрова – Марского), а Биец взял курс на “интризм” (модная троцкистская технология внедрения в массовые левые партии) в КПРФ, в качестве непосредственного орудия избрав для начала МГО СКМ РФ. С этой целью он пригласил руководителей горкома комсомола проводить совместные акции по линии рабочего движения, постепенно втянув в них значительное число комсомольских активистов, некоторые из которых даже вступили в РРП. Часть членов РРП, напротив, вступили в СКМ РФ. Таким образом образовалась некоторая прослойка членов СКМ РФ и РРП одновременно, которые оправдывали свое двойное членство сомнительным тезисом, что “раз РРП – по российскому законодательству не партия, значит, в ней могут состоять члены СКМ РФ”. Учитывая слабость и безынициативность сидоровского руководства МГК, такие “двойные члены” начинали в большей степени ориентироваться на РРП, чем на СКМ РФ, пытаясь проводить в комсомоле линию Биеца.

Сделав после ухода Сидорова ставку на Веселова, Биец дал команду членам РРП всецело его поддерживать. Веселов, не будучи членом РРП, тем не менее во многом действовал под его диктовку. В то же время он нередко продолжал согласовывать свои шаги с исключенным из партии и комсомола Сидоровым. Эта смычка Биеца с Сидоровым получила в комсомольской среде наименование “троцкистско-семигинского блока”.

Интересно, что в конце 2001 – начале 2002 гг. Куваев начал проявлять к РРП определенное внимание, а в мае 2002 г. (еще до раскола РРП) лично встречался с Вудсом. Комментируя этот факт, некоторые независимые левые аналитики тогда выдвинули гипотезу, что Куваев, претендуя возглавить партию в целом, ищет через КМИ соответствующую поддержку в среде западных левых. В свете последующих событий (2003-2004 гг.), когда многие наблюдатели называли Куваева в качестве одного из главных претендентов на пост лидера КПРФ в случае успеха семигинских планов, предположение о наличии “троцкистско-семигинского блока” получает солидное основание. Ведь именно по указанию Куваева Сидоров – человек националистических взглядов, крайне негативно относящийся к троцкистам – допустил тесное взаимодействие актива МГО СКМ РФ с РРП (Биеца).

В настоящий момент основные проблемы, связанные с проникновением в ряды СКМ РФ чужеродных элементов, по большей части успешно разрешены. Однако, комсомольскому активу следует обратить серьезное внимание на прошедшие события и принять адекватные меры к недопущению подобных тенденций в дальнейшем.

Подготовлено аналитической группой ИАЦ ЦК СКМ РФ

*Настоящий документ таинственным образом исчез из раздаточного материала IVСъезда СКМ РФ– Прим.директора ИАЦ ЦК СКМ РФ

Аналитика СКМ

Аналитическая записка к VI Съезду

Подготовлено аналитической группой ИАЦ ЦК СКМ РФ

Голосование

Партийные новости